«Многие фирмы уже в прошлом году были на грани кризиса, думаю, этот год их окончательно скосит. В 2025-м заметно схлопнулась стройка, свернуло деятельность множество транспортных компаний. Есть вероятность, что волна банкротств захлестнет и застройщиков», — рассказывают «БИЗНЕС Online» арбитражные управляющие республики. Вал банкротств могут сдержать разве что высокая госпошлина и повышенный порог долга для запуска процедуры. О том, почему банкротство в России стало «пробюджетным», из-за чего АУ переходят в дела по долгам физлиц и кто может рассчитывать на списание «субсидиарки», — в рейтинге управляющих от «БИЗНЕС Online».
Роль арбитражных управляющих (АУ) с каждым годом растет
«Все встали в позицию: ничего не делаем, просто вытаскиваем деньги»
Чуть больше года прошло с публикации прошлого рейтинга «бизнес-потрошителей» от «БИЗНЕС Online», и мы вновь готовы отметить лучших из числа тех, кто профессионально управляет банкротствами крупных предприятий, малого бизнеса и граждан.
Роль арбитражных управляющих (АУ) с каждым годом растет — дел о банкротстве меньше не становится, а изменения в законодательстве требуют постоянного обучения, соответствия новым требованиям при регулярном снижении вознаграждения для АУ.
В 2026 году работы у арбитражников, кажется, прибавится в разы. Все эксперты издания в один голос прогнозируют увеличение числа банкротств. Собеседники из сферы несостоятельности юрлиц отмечают, что вокруг «все должны всем», при этом «абсолютно никто не платит», «уход многих фирм с рынка неизбежен». «Компании встали в позицию: мол, ничего не делаем, просто вытаскиваем деньги и уходим с рынка», — рассказывают юристы.
Большинство связывает ситуацию со вступившими в силу изменениями в налоговом законодательстве. С начала года ставка НДС повысилась с 20 до 22%. Также снизился порог для уплаты НДС при УСН до 20 млн рублей, при этом сократился перечень льгот по страховым взносам для малого и среднего бизнеса. Все это, без сомнений, скажется на финансовом состоянии многих фирм, уверены эксперты.
«Многие фирмы уже в прошлом году были на грани кризиса, думаю, этот год их окончательно скосит. В 2025-м заметно схлопнулась стройка, свернуло деятельность множество транспортных компаний. Они все возвращают лизинговую технику, что в конечном итоге отразится и на лизинговых компаниях. На многих из них отразилось завершение строительства трассы М12 — этот объект реализован, а ничего нового уже и нет. Есть вероятность, что волна банкротств захлестнет и застройщиков. И для них, кстати, нужны специализированные арбитражники, которые прошли обучение и получили разрешение на ведение данной категории банкротов», — рассказал арбитражный управляющий Алексей Кузьмин.
Мы, безусловно, ждем роста дел о банкротстве. В основном рост идет по физическим лицам, но чувствуем тревожность и в среде банкротств юрлиц. Но я думаю, что сейчас в республике сложился довольно широкий, большой пласт опытных управляющих, потому с этим потоком проблем не будет, какой бы рост ни был.
Некоторые собеседники не исключают и новой волны государственного регулирования количества банкротств с целью поддержки населения и бизнеса, как это было с введением мораториев на банкротства в период пандемии (2020 год) и при поддержке бизнеса в период введения санкций против России (2022-й).
Если ранее подача заявления стоила для кредитора-юрлица 6 тыс. рублей, сейчас сумма выросла до 100 тыс. рублей
Банкротство теперь удел богатых
Вместе с тем есть факторы, которые будут сдерживать рост числа банкротств и без дополнительного государственного вмешательства. Первое — это повышение госпошлин на обращение в суды.
Если ранее подача заявления стоила для кредитора-юрлица 6 тыс. рублей, сейчас сумма выросла до 100 тыс. рублей. А физическое лицо при обращении с заявлением о признании должника банкротом теперь платит 10 тыс. рублей вместо 300 рублей. Существенно повысились и госпошлины по обособленным спорам, в том числе и при подаче заявления в реестр требований кредиторов (РТК), теперь платить по ним нужно 50% от цены иска. Так, за включение в РТК должника с требованием на 50 млн рублей придется заплатить 725 тыс. рублей, а если сумма долга свыше 50 млн рублей, еще плюс 5% от нее. Но есть и ограничения по верхней границе госпошлины — не более 10 млн рублей. Насколько вообще реально сначала «вытащить» из банкрота настолько существенную сумму долга, а потом получить возмещение по такой крупной госпошлине? Вопрос риторический.
Размер госпошлин был повышен в конце 2024-го, и весь прошлый год банкротчики наблюдали за тем, как данное нововведение повлияло на рынок несостоятельности. «Повышение госпошлин заметно изменило поведение участников процесса. Сегодня каждый шаг тщательно взвешивается: действительно ли спор обоснован, целесообразен и есть ли шанс на положительное решение? Раньше заявления часто использовались как инструмент давления — „устрашить“ должника или арбитражного управляющего, заплатив минимальную госпошлину и надеясь, что „авось прокатит“. Кстати, арбитражные управляющие нередко подавали массовые оспаривания сделок на миллионы рублей, а судам приходилось за эту маленькую сумму во всем разбираться», — отмечает юрист, партнер компании «А2К Лигал» Тимур Уразаев.
Многие кредиторы не входят в процедуры из-за высоких госпошлин, потому что теперь нужно платить за каждый чих, из-за этого банкротств стало очевидно меньше. Раньше кредиторы шли банкротиться из-за долга в 500 тысяч или миллиона рублей, а сейчас просто овчинка выделки не стоит. Кредиторы не стремятся запускать банкротства, потому что нужно прямо при входе в проект загружать в него «живые» деньги, а получишь ли ты возврат долга — до конца неясно. И когда это будет, через сколько лет?
«Представьте, что вы кредитор, который уже и так потерял деньги, теперь, чтобы вернуть хотя бы часть этих средств, нужно инициировать процедуру банкротства. Поскольку в подавляющем большинстве случаев у должников нет имущества, за счет которого можно покрыть расходы на процедуру, вопрос финансирования ложится на плечи кредиторов», — обращает внимание старший партнер юрфирмы «АНП Зенит» Ильдар Багаутдинов. При этом с 2026 года НДС вырастает с 20 до 22%, что автоматически поднимет цены на все услуги, включая юридические.
Второй важный фактор, влияющий на количество процедур несостоятельности, — повышение минимального порога для инициирования банкротства компаний — с 300 тыс. до 2 млн рублей (для банкротства сельхозпредприятий, стратегических организаций и монополистов порог составляет 3 млн рублей).
Отражается это и на официальной статистике. Так, в середине 2025-го сервис «Федресурс» выпустил статистику банкротств в России за II квартал 2025-го, согласно которой количество новых банкротств компаний значительно снизилось к прошлому году. Число открытых конкурсных производств в апреле – июне 2025 года сократилось на 30,4% к такому же периоду 2024-го. При этом в I квартале прошлого года было зафиксировано рекордное снижение количества новых процедур в отношении компаний. Число процедур наблюдения, возбужденных в отношении юрлиц, составило 1 184. Это абсолютный минимум, если рассматривать первые кварталы всего периода сбора информации с апреля 2011 года.
Но данные результаты вовсе не говорят об улучшении бизнес-климата в России: хотя высокие госпошлины и повышенные пороги сдерживают рост числа банкротств, просроченная кредиторская задолженность компаний только растет, делятся эксперты.
Из неочевидных нюансов, сдерживающих поток самобанкротств, — нежелание предпринимателей признать поражение в бизнесе. Им тяжело подать на самостоятельное банкротство еще и потому, что они прекрасно понимают, что на 2–3 года повязнут в процедуре, которая будет доставлять определенный дискомфорт.
Есть некий психологический момент. У руководителей компании определенно должна быть смелость, чтобы они самостоятельно подали на свое банкротство. У нас предприниматели чаще всего любят тянуть до последнего и надеются на чудо. Они любят мыслить с точки зрения того, что «война план покажет» и, может, как-то повезет.
«Необходимо понимать, что при самостоятельном объявлении себя банкротом руководитель освобождает себя от потенциальных обвинений в несвоевременной подаче заявления о несостоятельности, которые в конечном итоге могут привести к привлечению к субсидиарной ответственности. Но если на чашу весов поставить возможность банкротиться через один или два года и возможность банкротиться уже сейчас по своему заявлению и избежать „субсидиарки“, то мне кажется, что 9 из 10 предпринимателей все равно выберут первое просто потому, что банкротство они воспринимают как белый флаг», — добавляет собеседник.
Что новенького на банкротном рынке?
Всего, что изменилось в законодательстве о банкротстве за год, и не припомнить. Перечислим самые громкие нововведения и тренды, которые коснулись арбитражников и всю сферу банкротства.
Суды нещадно срезают управляющим их вознаграждение. Процентное вознаграждение управляющего в процедуре конкурсного производства зависит от суммы удовлетворенных требований кредиторов: обычно это 4,5% при удовлетворении 25% и более требований, и 3%, если удовлетворено менее 25% требований, в некоторых случаях сумма вознаграждения достигает 7%. Кроме этого, есть еще фиксированное вознаграждение (30 тыс. рублей в месяц) и вознаграждение при продаже активов должника (7% от суммы продажи).
Однако в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) указано, что «в исключительных случаях сумма процентов по вознаграждению арбитражного управляющего может быть снижена арбитражным судом по ходатайству лица, участвующего в деле, при ее явной несоразмерности вкладу арбитражного управляющего в достижение результатов процедуры банкротства». Раньше суды не так часто обращались к этой норме, но сейчас арбитраж может снизить вознаграждение управляющему сразу в 10 раз, сославшись на «недостаточную сложность действий управляющего».
«Раньше я четко знал, что я получу от 3 до 7 процентов от суммы, направленной на погашение требований кредиторов, потому что это четко прописано в законе. Заходя в банкротный проект, я ориентировался на эту предварительную сумму и соизмерял свои затраты с этими данными. Но теперь суды стали абсолютно безосновательно срезать проценты. Мол, то, что прописано в законе — это не гарантия, и нужно еще обосновать выставленный размер премирования», — сетует один из управляющих.
«Мы находимся в состоянии неопределенности, поскольку не знаем, сколько заработаем, поэтому очень снижается мотивация. И за крупные проекты браться стало совсем невыгодно. Образно говоря, если размер процентного вознаграждения более 5−7 миллионов рублей, то его просто срезают, допустим, до 1 миллиона рублей. И какая тогда разница — вести предприятие активами на 50 миллионов рублей или многомиллиардное предприятие, если вознаграждение одинаковое», — рассказал другой АУ. При этом не стоит забывать, что изначально арбитражники вкладывают в процедуру собственные средства, сами платят зарплаты своим сотрудникам, а потом покрывают расходы за счет вознаграждения. «С тем, что происходит сейчас, мы часто просто выходим в ноль, хорошо, что хоть не в минус», — сетует спикер.
Запущен рейтинг арбитражных управляющих от ФНС. С начала 2025 года налоговая начала применять регистр для отбора управляющих в банкротные дела, инициированные самим ведомством. Это своего рода рейтинг АУ, в котором выдаются баллы, на основании которых они занимают соответствующие места.
Распределение баллов, как и сам рейтинг, вызывает множество вопросов. Настоящие корифеи несостоятельности занимают места ниже 500-го, а на первые ряды вырываются те, кто ведет банкротства, скорее всего, номинально, либо занимается массовыми банкротствами физлиц. Например, на момент написания статьи, на первом месте (из 7 443) в регистре расположен АУ Антон Косолапов из Санкт-Петербурга. Он зарегистрировался в качестве арбитражного управляющего в конце августа 2022 года, но на его счету уже 1 737 процедур. Это сразу 43 банкрота в месяц. Тут либо сильная команда, либо просто номинальный статус, переданный компании юристов-банкротчиков.
На получение баллов влияет количество процедур, скорость их проведения и размер погашения РТК. «У всех миллион вопросов к этой системе — опытные управляющие находятся где-то в хвосте списка. Понятно, что предприятие нельзя обанкротить так же быстро, как физлицо. У одного срок — 3-5 лет, а у второго — полгода. Поэтому массовые управляющие, которые берут по сто физлиц и закрывают их за 3-6 месяцев, премируются баллами. А мы из-за этого не можем претендовать на процедуры, где в качестве заявителя фигурирует налоговая», — жаловался один из собеседников.
«В один момент на первом месте в рейтинге от налоговой была женщина с 15 тысячами процедур. Это просто нереальное количество. При этом в судах она ни разу в жизни не была. Это 100 процентов номинал. И таких много. Просто есть фирмы, где 7 человек получают статус управляющего, и сначала используют имя первого, после его дисквалификации берут второго и так далее», — рассказал один из управляющих.
Банкротство становится все более пробюджетным. Ярче всего это отражается в том, что налоговый арест стал признаваться залоговым. Что это значит? Если еще до начала процедуры несостоятельности компании налоговая арестовала ее имущество (или его часть) из-за долгов перед ведомством, то в банкротстве ФНС будет признана залоговым кредитором. А залоговые кредиторы, как известно, имеют приоритет в виде преимущественного права на удовлетворение своих требований за счет продажи заложенного имущества должника.
По мнению арбитражного сообщества, при рассмотрении споров в деле о банкротстве идет явный перекос в пользу налогового кредитора. По закону все кредиторы между собой равны, но получается, что есть кто-то более «ровный». Именно налоговой сейчас выгодно банкротить должников, а остальные кредиторы продолжают терять шансы на какое-то погашение своих требований, — не скрывают расстройства арбитражники. Банкротство становится все более «пробюджетным».
Суды все еще не могут решить вопрос на грани «уголовки» и банкротства. Речь о нормах, которые не позволяют снимать с активов банкротов аресты, наложенные в уголовном процессе. Часто встречается, что банкротство юрлица сопровождается уголовным делом в отношении его руководителей. И в этом деле формируется пул пострадавших, например, от мошеннических действий. Параллельно в деле о банкротстве формируется реестр требований кредиторов.
Одно и то же имущество должника фигурирует в конкурсной массе, но при этом должно быть «придержано», поскольку в рамках уголовного дела может быть решено, что его нужно реализовать через приставов с целью покрытия ущерба потерпевших.
В попытках решить этот вопрос схлестнулись Верховный и Конституционный суды России. Но пока пробел в законодательстве официально не закрыт, КС РФ выдал временные рекомендации, согласно которым АУ могут обращаться с ходатайством о снятии ареста в суд, в производстве которого находится уголовное дело, а тот не может отказать по формальным основаниям. Допускается сохранение ареста на части имущества, достаточной чтобы «удовлетворить обоснованные требования потерпевшего», а при невозможности выделить такую долю обеспечение должно сниматься со всех активов под обязанность арбитражного управляющего перечислить на депозит суда определенную часть выручки от их реализации.
АУ в целом довольны таким решением. Наши собеседники отметили, что раньше им приходилось реализовывать имущество с пометкой о том, что на нем стоит уголовный арест. А это понижало стоимость актива сразу на 70-90%, при чем покупатель никогда не мог быть уверен, что покупка перейдет в его собственность. Разрешение (хоть и временное) снимать арест для продажи имущества с последующей передачей части выручки в пользу пострадавших позволит продавать активы по адекватной цене, что будет полезно и пострадавшим, и кредиторам.
Долги по субсидиарной ответственности можно списать. Верховный Суд России летом 2025 года утвердил возможность освобождения от субсидиарных долгов в личном банкротстве. Позиция, по своей сути, резонансная, ведь раньше «субсидиарка» являлась некой черной меткой, которая волочится за должником всю жизнь, а потом еще передается по наследству.
«Это [списание „субсидиарки"] возможно, если будет доказано, что должник не имел умысла по банкротству предприятия и не имел грубой неосторожности в своих действиях, а также в случае его добросовестного поведения во время процедуры банкротства. В результате нововведений можно ожидать роста числа банкротств физических лиц, которые будут использовать эту правовую позицию для освобождения от субсидиарной ответственности», — отмечает партнер юрфирмы „Ялилов и Партнеры“ Эльдар Закиров.
Рассказывать про результативность применения новой нормы еще рано. «Все зависит от того, как будет складываться практика судов. В целом, сам факт предоставления должникам возможности списания субсидиарных долгов можно оценить положительно. Однако вероятность подобного сценария требует от кредиторов еще бо́льшего погружения в процедуру несостоятельности — они будут вынуждены особо внимательно фиксировать недобросовестность должника в деле о банкротстве. По моему мнению, суды должны допускать списание таких долгов лишь в исключительных случаях, при отсутствии малейших сомнений в добросовестности должника», — отмечает управляющий партнер юридической компании Vilex Group Ильгиз Валеев.
Некоторые из собеседников отмечают и негативную сторону новой возможности. Ранее субсидиарная ответственность являлась единственным способом воздействия на должника. Если практика освобождения от «субсиарки» укрепиться, то кредиторы потеряют один из инструментов возврата своих денежных средств.
Эта практика вызывает недоумение, поскольку сам факт привлечения к субсидиарной ответственности возможен только при установлении вины и недобросовестности контролирующего должника лица (КДЛ). В личном же банкротстве ВС РФ предлагает фактически пересмотреть выводы, которые были ранее сделаны судом. Не говоря уже о том, что такой подход ВС РФ входит в очевидное противоречие с императивной нормой закона, что усложняет юристам оценку перспектив списания на начальном этапе проекта
Меняется ли портрет арбитражного управляющего?
Перед тем как перейти к рейтингу управляющих, поговорим об общем впечатлении участников рынка о сообществе арбитражников. «Испокон веков» работа арбитражного управляющего ассоциировалась у тех, кто хоть сколько-то знаком с этой профессией, с неким мошенничеством, «схематозами» и поиском не всегда законных путей получения барыша. Но времена меняются: все процессы узакониваются и поддаются регламентации и внешнему регулированию. Казалось бы, «очищаться» от сомнительных схем «серого» заработка должны и представители из числа арбитражных управляющих. Еще год назад эксперты высказывались, что АУ теперь почти не работают на грани фола, и в Татарстане, в целом, сформировался рынок профессиональных управляющих.
Но сегодня продолжают звучать и абсолютно полярные мнения. «Подавляющее большинство моих коллег — жадные до прибыли, недобросовестные люди», — характеризуют одни арбитражники других. «У меня твердое убеждение, что абсолютное большинство арбитражных управляющих — это полные мошенники», — добавляют юристы, не забывая отмечать, что речь, конечно, не про всех — есть и профессионалы. Звучали в адрес управляющих и такие термины как «падальщики» или «стервятники».
Репутацию профессии арбитражного управляющего, кажется, придется восстанавливать еще годами
Такими «титулами» АУ награждают по причине почти полного отсутствия процедур финансового оздоровления должников. «Институт банкротства для чего придуман? Для того, чтобы попробовать спасти должника и по максимуму удовлетворить требования кредиторов, а в результате работы нынешних управляющих и должник полностью убит, и кредиторы получают кутарки. Все деньги забирает государство в лице налоговой (как один из кредиторов в деле о банкротстве) и арбитражные управляющие», — считает один из собеседников.
Большинство арбитражных управляющих заточены исключительно на продажу имущества предприятия. «Арбитражные управляющие — ребята, которые любят активно дербанить активы, из серии: „Вскрытие показало, что пациент умер в результате вскрытия“. То есть, заниматься финансовым оздоровлением им невыгодно, они заточены под получение процентов с продажи имущества уже „мертвого“ предприятия, доведенного до конкурсного производства. Делается все для того, чтобы у контролирующих лиц и у кого-либо еще не было возможности восстановить, вытянуть компанию. Хотя ситуации разные, и понятно, что большинство банкротов восстановить действительно невозможно», — рассказывают собеседники.
Тут впору вспомнить, что сами арбитражные управляющие объясняют уход в конкурсное производство без попытки оздоровления должника тем, что выбор процедуры банкротства от них вовсе не зависит — этот вопрос решает собрание кредиторов.
«Кредитор исходит из того, что реабилитационная процедура не всегда завершается удачно, возможно, должника не получится вытащить, придется свалиться в конкурсное производство, и зачем тогда нужно было тянуть время? … Это же не зависит от арбитражного управляющего никак, а кредиторов очень трудно продавить на принятие такого решения, никто не переживает за организацию-должника, им плевать на восстановление предприятия, лишь бы деньги получить», — рассказывали арбитражные управляющие в условиях анонимности.
Так или иначе, репутацию профессии арбитражного управляющего, кажется, придется восстанавливать еще годами. Вместе с тем, мы в своем рейтинге, постарались собрать тех, кто заслуживает уважения своих коллег и сообщества юристов, а также отмечен в делах о банкротстве масштабных предприятий. Подчеркнем, что в тексте описаны не все управляющие — информация обо всех, кто попал в рейтинг, размещена в таблице.
При составлении рейтинга учитывался масштаб обанкроченных предприятий: их известность в регионе, наличие крупных кредиторов с большим объемом требований к должнику, процессуальная сложность дела. Принималась во внимание и активность управляющего, т. е. количество банкротных процедур, которые он ведет. Свой рейтинг мы составляли с опорой на мнения экспертов банкротной сферы и самих арбитражников. По понятным причинам многие спикеры предпочли делиться мнением на условиях анонимности.
Все цифровые данные по делам о банкротстве (сумма требований кредиторов, объем имущества, выявленного у банкрота, сроки процедуры, количество жалоб и др.) взяты из официальных открытых источников — отчетов АУ, сервиса «Федресурс» и картотеки арбитражных дел.
Сразу поясним, что позиции внутри одной категории не ранжируются по значимости персоны, уже само попадание в рейтинг говорит о том, что десятки экспертов выделили высокую квалификацию и богатый опыт конкретных арбитражных управляющих среди всех остальных.
«Золото»: Миллер, который «умело ведет дипломатически сложную работу»
По традиции начнем с «золотой» лиги АУ. На вершину рейтинга наши спикеры вновь ставят Артура Миллера, в профессионализме и безупречной репутации которого не сомневается ни один собеседник. «У него очень большой авторитет в этой сфере. У меня исключительно положительное мнение о его работе и результатах его проектов», — характеризуют управляющего эксперты «БИЗНЕС Online».
К заслугам Миллера относят большой процент удовлетворения требований кредиторов. К примеру, в банкротстве ООО «Татнефть-Нижнекамскнефтехим-Ойл», которое завершилось в конце 2022 года, залоговые кредиторы получили 100-процентное погашение долгов, а у кредиторов, чьи долги не были обеспечены залогом, требования были погашены более чем на 80 процентов. При начальной цене завода компании в 800 млн рублей, Миллер продал его за 2,4 млрд рублей. Также с ТАИФа взыскали около 2 млрд рублей штрафов. Собеседники называют данную процедуру банкротства самой успешной процедурой в плане погашения требований среди крупных предприятий.
Базируется Миллер в Альметьевске (но есть офисы и в Казани), свою деятельность начинал еще в период работы комитета РТ по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению (тогда, когда ведомством руководил Алексей Семин). «Надо отдать должное, Семин все время нас собирал, проводил обучение, формировал круг общения и обмен мнениями. Сейчас такого нет, сейчас каждый сам по себе — управляющие редко пересекаются между собой. Естественно, есть форумы, семинары и тому подобное, но вот такого централизованного общения и обучения, как было при работе комитета о несостоятельности, сейчас нет», — вспоминает Миллер.
На вершину рейтинга наши спикеры вновь ставят Артура Миллера
Стоит отметить, что в отношении арбитражного управляющего за 25 лет его работы не было подано ни одного заявления о взыскании убытков в деле о банкротстве, и его ни разу не отстраняли от процедуры. И это несмотря на то, что большинство банкротств, связанных с Миллером «кишат» агрессивными кредиторами. «В его делах с каждой стороны серьезные кредиторы с административным ресурсом — это большая нагрузка, приходится работать под сильным прессом. И он всегда умело ведет дипломатически сложную работу», — отмечают собеседники.
Из актуальных проектов управляющего — банкротство турецкого застройщика ООО «Гемонт» (неудачливого подрядчика по строительству сибуровского завода-этиленника в Нижнекамске), ООО «Агрофирма „Залесный“» (обанкротившаяся птицефабрика в селе Большие Ключи Зеленодольского района отца и сына Нафика и Ильнура Мадьяровых, спасением которой сейчас занимается ООО «ПВК „Ак Барс“») и банкротство Шамиля Мингазова, бывшего зятя Ильшата Фардиева.
По словам Миллера, в прошлом году он переключился на ведение процедур в других регионах, появились новые проекты в Москве и Санкт-Петербурге. Способствует этому беспрепятственное дистанционное введение дел. К судам можно подключаться в режиме онлайн-заседаний, а с недавних пор и заседания кредиторов можно проводить в таком формате. Раньше управляющих от введения дел в других регионах останавливала только необходимость быть на судебных заседаниях и проводить очные собрания кредиторов, со временем обе проблемы решились.
«Единственный арбитражный суд, который не работает онлайн — это арбитражный суд города Москвы, — отмечает управляющий, — Там постоянно задержки по несколько часов, поэтому онлайн заседание провести не получится. Но по логистике нам, в принципе, туда удобно ездить».
Если в прошлом году у Тимура Тагирова было всего 24 завершенных процедур, то сейчас их число насчитывает 54
«Золото»: «невероятно перспективный» Тагиров
Еще один управляющий из Альметьевска, имя которого называли чаще его коллег, — Тимур Тагиров. В отличии от своего более опытного коллеги по цеху Тагиров полностью переехал из нефтяной столицы в Казань. «Молодой, невероятно перспективный, конкретный и очень грамотный», — описывают Тагирова наши собеседники, не забывая добавить, что ценят управляющего за то, что он «играет исключительно в правовом поле и махинациями не занимается».
Если в прошлом году у Тагирова было всего 24 завершенных процедур, то сейчас их число насчитывает 54. Управляющий продолжает вести процедуру банкротства екатеринбургской финансовой пирамиды «Симбиоз Финанс», которая отягощена уголовным процессом. В список его проектов также добавилось банкротство челнинского подрядчика «Татнефти» и СИБУРа ООО «КИТ Строй».
Также из новых дел Тагирова — банкротство Уруссинского химического завода (УХЗ), история краха которого «славится» громким скандалом. Завод до 2020 года принадлежал известному в Татарстане бизнесмену Эльбеку Сафаеву. Тот, попав под уголовное преследование, решил рассчитаться за услуги со своим адвокатом Ильдаром Мухаметзяновым Уруссинским химзаводом, который на тот момент был на грани самобанкротства.
Как утверждал сам адвокат, Сафаев лично ввел в состав учредителей компанию ООО «Альвистер», принадлежащую Мухаметзянову. Правда, предприниматель отрицал в беседе с нашим изданием этот факт, но не смог объяснить, как завод оказался под контролем у его бывшего адвоката. Как все случилось на самом деле — тайна за семью печатями.
Ранее банкротство УХЗ, которое было запущено еще в конце 2022 года, вела управляющая из Башкирии Лилия Валеева. По словам наших источников, конкурсница не справилась с таким крупным предприятием, поскольку работала в одиночку, без большой команды. Не все решения Валеевой одобрялись кредиторами, в связи с чем было принято решение сменить управляющего.
Тагиров как раз может похвастаться наличием крепкой команды. Он руководит юрфирмой «Парадигма», которая входит в наш топ-20 компаний в сфере юридического консалтинга для бизнеса. Организация занимается арбитражными спорами, обслуживанием юрлиц, вопросами интеллектуального права и, разумеется, банкротством.
Екатерина Бурнашевская
«Золото»: семейная пара арбитражников и опытные корифеи банкротств
В золотой лиге остаются супруги Екатерина и Евгений Бурнашевские, у которых на двоих сразу 55 активных процедур. Их характеризуют как «проактивных товарищей», которые порой показывают себя с «по-хорошему агрессивной стороны».
«Управляющим такими и нужно быть. Они не дадут себя в обиду, не будут терпеть какие-то нападки в деле о банкротстве в отношении должника, его активов. Когда участники процесса видят, что управляющий яро защищает законность процесса, то, во-первых, появляется уважение к нему, а, во-вторых, появляется понимание, кого ты будешь рекомендовать в качестве хорошего арбитражника. Вот Бурнашевские к таким и относятся», — говорят наши собеседники.
Евгений Бурнашевский
Семейная пара, которая обладает большой командой квалифицированных юристов, знакома по делам, связанным с банкротством швейной фабрики «Адонис» (компании ООО «Адонис Ритейл» и ООО «Реал Групп»), которая входила в круг активов экс-председателя правления «Татфондбанка» (ТФБ) Роберта Мусина. Также Бурнашевские отметились в деле о несостоятельности ООО «Жилой комплекс „Победа“», и в делах о банкротстве известного в прошлом строителя трубопроводов Рашита Сахапова и предпринимателя Дмитрия Харитонова, который сам когда-то был внешним управляющим химкомбината им. Мулланура Вахитова (после антикризисных процедур предприятие было преобразовано в «Нэфис Косметикс»).
Также в золотой лиге сохраняют свое место Джигит Кадагазов и Александр Леонов. Оба управляющих держат статус опытных корифеев банкротного процесса.
Кадагазова характеризуют как «адекватного и очень опытного управляющего, который разбирается в том, что делает». Число активных производств АУ снизилось до 14 (вместо 19 в 2024-м), зато повысилось количество завершенных процедур — со 185 до 212. Среди проектов управляющего — ООО «Дизал». Согласно данным сервиса «Контур.Фокус», предположительными конечными владельцами «Дизала» являются бывший зять татарстанского строителя Равиля Зиганшина Тимур Зайнутдинов (74,25%) и супруга Зиганшина Светлана Зиганшина (17,5%). Также долями владеют Ильгиз Гилязетдинов (7,5%) и Ленар Замалиев (0,75%).
Джигита Кадагазова характеризуют как «адекватного и очень опытного управляющего, который разбирается в том, что делает»
При этом собеседники издания отдельно отмечают тот факт, что будучи конкурсным управляющим «Дизала», Кадагазов взыскал с АО «Кварт» (компания того же Зайнутдинова) более 350 млн рублей, после чего и вовсе пытался обанкротить «Кварт», но суд оставил это заявление без рассмотрения, поскольку предприятию была дана отсрочка платежа. Также управляющий продолжает банкротить менделеевское ООО «Силикатнеруд», конечным владельцем которого также числится Зиганшин.
Леонова наши собеседники назвали «лидером рынка» и «настоящим профессионалом». «Он быстро и четко решает даже самые сложные вопросы с долгами, находя нестандартные, но законные способы выхода из, казалось бы, безнадежных ситуаций. Его хватка и скорость работы впечатляют, поэтому за результат приходится платить, но оно того стоит», — отметил один из источников.
Сам АУ не любит публичность и даже отрекается от участия в рейтингах. За прошлый год количество завершенных процедур у управляющего повысилось с 84 до 113. Но все еще не завершено дело о банкротстве ООО «СК „Татдорстрой“», близкого к Зиганшину. Процедура наблюдения в отношении предприятия была запущена еще в октябре 2018 года, а конкурсное производство началось в июне 2019-го, реестр требований компании составляет аж 11,5 млрд рублей.
«Золото»: управляющая с 30-летним опытом и сельхоз-банкротчица
Управляющая Мария Мишина, сохранившая свое место в золотой лиге АУ, в прошлом году отпраздновала 30-летний юбилей своего статуса. Работать Мишина начала еще в 2005-м, когда управляющих Татарстана можно было пересчитать чуть ли не на пальцах двух рук.
Ее называют «обстоятельной, вдумчивой и очень толковой», отмечая, что против нее были «намеренные наезды», но она всегда их грамотно выдерживала. Сейчас Мишина занимает роль исполняющего обязанности конкурсного управляющего в деле о банкротстве нижнекамского ООО «УК «Татспецнефтехиммонтаж». Стройфирма банкротится с 2020 года, в отношении нее предъявлено требований на 125 млн рублей, почти половину которых занимает долг перед «Татнефтью».
Золотую лигу пополняет арбитражница Алина Хасанова
Благодаря множеству хвалебных отзывов наших собеседников, золотую лигу пополняет арбитражница Алина Хасанова. В момент запуска реестра от ФНС она занимала в нем первое место. На рынке банкротства Хасанова уже 18 лет, до получения статуса работала юристом по сопровождению дел о несостоятельности.
«Я, как и прежде, занимаю нишу банкротства сельхозпредприятий (например, Агрофирма „Агроинпекс Казыли“, ООО „Агромоллл“, Агрофирма „Тукаевская продовольственная корпорация“, — прим. ред.), на сегодняшний день веду 5 наблюдений и 8 конкурсных производств, одно из которых подлежит прекращению ввиду полного восстановления деятельности. Банкротством физических лиц занимаюсь крайне редко», — рассказывает сама Хасанова.
По словам управляющей, она ведет не так много должников, поскольку очень избирательно выбирает те процедуры, в которых хотела бы принять участие. «Я избирательна, работаю в привычном темпе, стараясь совмещать другие свои роли и успевать везде», — отмечает собеседница. Хасанова напомнила, что порог на банкротство сельхозорганизаций сегодня выше порога для обычных юрлиц и составляет 3 млн рублей. «Для сельского хозяйства это, полагаю, приемлемо», — делится мнением управляющая.
«Серебро»: непотопляемый Кондратьев
Совсем покинуть рейтинг или как минимум перейти в бронзовую лигу рисковал некогда известный арбитражник Сергей Кондратьев на пару со своим сыном Иваном Кондратьевым (он также обладает статусом арбитражного управляющего). Еще в прошлом рейтинге АУ наши собеседники признавали, что причисляют Кондратьевых к топовым управляющим скорее по старой привычке, поскольку «воздают дань уважения» за старые «ваминовские» заслуги (именно Кондратьев-старший занимался банкротством огромной молочной империи Вагиза Мингазова).
«Очевидное сокращение работы наблюдается у Ивана Кондратьева — с начала 2025 года все публикации на ЕФРСБ касаются лишь одного должника — физического лица. Аналогичная ситуация у Сергея Кондратьева — последние публикации касаются 2023 года», — подтверждали наши эксперты уже в этом году. «Я думал, что Кондратьев-старший уже на пенсию ушел, потому что в последнее время ни о нем, ни о его сыне не слышал. Когда о них идет речь, то вспоминают в основном одно и то же: „Сувар“ и „Вамин“ — все. Других ассоциаций даже нет с ними, хотя оба этих банкротства уже давно завершились», — отмечают другие.
Совсем покинуть рейтинг или как минимум перейти в бронзовую лигу рисковал некогда известный арбитражник Сергей Кондратьев (на фото) на пару со своим сыном Иваном Кондратьевым
Но тут откуда ни возьмись Кондратьевы «всплыли» в качестве возможных управителей дела о банкротстве дорожной империи Айрата Миннуллина «Волгадорстрой». Наши источники уверены, что АУ (а им сейчас назначен Ильдар Габбасов) в деле о несостоятельности будет сменен, и новым поставят кого-либо из команды Кондратьевых. «Назначен будет либо сам Кондратьев, либо его сын, либо кто-то из их команды», — рассказывают собеседники. Придумано это якобы для того, чтобы банкротство такого крупного предприятия шло под взором государства.
Тут стоит отметить, что до 2011-го Кондратьев-старший был замом бывшего сити-менеджера Казани Рафиса Бурганова, курирующим вопросы земельных и имущественных отношений в исполкоме города. А еще раньше, с 1999 по 2007 год, в качестве арбитражного управляющего он управлял огромным хозяйством зиганшинского ОАО «Судоходная компания „Татфлот“». Также именно Кондратьев был конкурсным управляющим в прозвучавших на всю республику банкротных процессах «Миллениум Зилант-Сити», «Татазота» и других компаний.
«Серебро»: банкротят компании с миллиардными выручками, столько же взыскивают по убыткам
Новый участник рейтинга, сразу попавший в серебренную лигу, – Марат Абубакиров. У него 31 активная процедура при 69 завершенных. Особенно выделают его проект по банкротству ООО «Акса», которое известно нашим читателям как субподрядчик компании «Ядран-Строй». «БИЗНЕС Online» рассказывал о споре двух фирм, который возник из работ по рекультивации иловых полей — «Ядран-Строй», получив бюджетные деньги, «одолжил» практически ту же сумму «Аксе», а та обанкротилась. Реестр требований кредиторов фирмы насчитывает уже 1,9 млрд рублей, 655 млн рублей из которых — долг перед «Ядран-Строем».
«Он отлично справляется с работой в условиях сильного противодействия и недобросовестных действий со стороны контролирующих должника лиц. Активно оспаривает сделки и уверенно защищает позиции в судах. Его профессионализм и настойчивость в сложных ситуациях вызывают уважение», — описывают Абубакирова, который обладает статусом АУ с 2018 года.
Также управляющий ведет процедуру внешнего управления ООО «Айджиэс Агро» (IGS Agro — компания по производству шампиньонов). Фирма, принадлежащая Ильдару Гарифуллину и Илдару Шаммасову, заканчивала 2024 год под руководством Азата Шайдуллина с выручкой в полмиллиарда (590 млн рублей) при убытке в 360 млн рублей. А теперь попала во внешнее управление Абубакирова, что значит, что он как внешний управляющий должен оздоровить предприятие, ставшее неплатежеспособным.
На вопрос о том, что сразило некогда успешный бизнес, Шайдуллин рассказывал «БИЗНЕС Online» о заражении выращиваемых грибов, которое «могло быть умышленным». К слову, в IGS Agro уже сталкивались с подобной проблемой, когда вскоре после запуска на производство завезли компост из Польши, который оказался зараженным зеленой плесенью, которая препятствует росту грибов.
Поднялась из «бронзы» в «серебро» управляющая Алина Мингазова, в производстве которой 25 банкротных дел. Среди проектов арбитражницы строительные компании — ООО «СК «Инхоум», ООО «СК «Вирта» и даже товарищество собственников жилья «Волкова 48».
Наши собеседники обращают внимание на то, что в деле о банкротстве ООО «Терция» управляющей удалось отбить 1,8 млрд рублей убытков у контролирующих должника лиц. Сама «Терция» — московская фирма, занимавшаяся деятельностью в области права. Учредителем компании является ООО «Элефант», которое базировалось в Татарстане (сейчас компания ликвидирована). Этой фирма, в свою очередь, была записана наполовину на сейшельский и наполовину на великобританский офшоры.
Не так давно Тимуру Салихову удалось вернуть в конкурсную массу должника его коттедж площадью 376 кв. м, расположенный на улице Ягодной в Казани
«Серебро»: «Арбитражный управляющий должен быть предпринимателем»
Тимура Салихова (перешел в «серебро» из «бронзы») наши собеседники продолжают называть «звездой-одиночкой» и обращают внимание на то, что ему сейчас особо трудно — нелегко дается банкротство третьего соучредителя обанкротившегося ООО «ГСМ-Трейд» («Ликада Плюс») Халита Фазуллина.
«Он мучается сейчас с Фазуллиным, но держится, хотя ему особо трудно, он же один, у него абсолютно нет команды. Ну он, конечно, боевой мужик. Не знаю, как он это даже физически вывозит. Такой вот он боец, готов лезть в эти тернии», — восхищаются коллеги управляющего.
Что не так с этой процедурой? В РТК Фазуллина включены долги на 725,4 млн рублей. Сам должник долгое время считался «сбежавшим» в Америку, однако, по словам самого Салихова, бывший бизнесмен скрывается в Турции. На сайте МВД открыто размещена информация о розыске Фазуллина. Однако это не мешает его личному участию во всех заседаниях о своем банкротстве — суд одобряет ему присутствие в онлайн-формате. Салихов отмечает, что он дотошно разобрался в этой коллизии и пришел к выводу, что формально суд так и должен поступать. «Арбитраж обязан разрешать участвовать ему в заседаниях, ничего противозаконного в этом нет. Да, звучит и выглядит это очень странно. Но формально суд вправе только запросить паспорт и все, он не имеет право отказать ему в участии, в даче пояснений», — рассказывает управляющий.
Не так давно Салихову удалось вернуть в конкурсную массу должника его коттедж площадью 376 кв. м, расположенный на улице Ягодной в Казани. Сам АУ называет это имущество настоящим «поместьем». Для этого прошлось пройти несколько инстанций, хотя, казалось бы, очевидно, что человек, находящийся в федеральном розыске, вряд ли спокойно проживает в своем доме.
Но это далеко не все препоны, с которыми столкнулся АУ в данной процедуре (а ведь она у него далеко не одна, активны 28 дел). Когда Салихова только назначили на банкротство Фазуллина, со стороны юриста должника посыпались жалобы на управляющего — всего около 60 заявлений, которые вообще касаются других дел о несостоятельности. «Шла просто целенаправленная компания по дискредитации меня. Если бы я знал, что будет так трудно, возможно, не согласился бы на эту процедуру», — признается АУ.
Сам Салихов когда-то был исполнительным директором некогда известной в Казани торговой сети «Сквозняк». И управляющий подчеркивает, что всем АУ было бы полезно испытать себя как предпринимателя. «Понимаете, бывают управляющие-юристы и управляющие-предприниматели. Я не говорю, что какие-то из них хуже или лучше, но все они смотрят на дело по разному. Тот, кто когда-то руководил компанией или предприятием, имеет абсолютно другой взгляд на дело — он знает, как поставить предприятие на ноги, где-то подзаработать, знает, как правильно работать с налогами. Управляющим порой очень полезно иметь бизнес-жилку», — делится мудростью управляющий.
«Бронза»: перекочевавшие в банкротство физлиц
Алексея Кузьмина, который ранее находился в серебряной лиге, мы спустили в бронзовую. Управляющий не получил негативных отзывов, однако некоторые собеседники высказывали свои подозрения о том, что он завершил карьеру арбитражного управляющего. Догадки не подтвердились, выяснилось, что Кузьмин просто стал отдавать предпочтение процедурам банкротств «физиков». Он уменьшил объемы деятельности по юрлицам, но еще продолжает вести три процедуры банкротства копаний. Одно из них — громкое дело ООО «ЭнергоСтройСервис-Снаб», ранее принадлежавшее экс-депутату Госсовета Татарстана Халиту Гарифуллину.
Тоже самое можно сказать и про управляющего Марата Шарипова, число процедур которого перевалило за 200. Он, по словам наших собеседников, взялся за специфичный профиль банкротства — несостоятельность физлиц с долгами по ипотеке.
Алексей Кузьмин стал отдавать предпочтение процедурам банкротств «физиков»
«Многие уходят в банкротство физлиц, потому что там полегче и нет давления кредиторов. По юрлицам обычно серьезные кредиторы, часто это несколько банков, которые очень детально все проверяют и постоянно предъявляют требования к АУ, постоянно пишут жалобы в суд и в Росреестр. И, как правило, работой АУ остаются недовольны бенефициары компаний, которые тоже забрасывают жалобами. За последнее время ответственность управляющих только увеличилась, соответственно, многие пришли к тому, что в физлицах сидеть проще и самое главное — безопаснее. И не только с точки зрения жалоб, но и с точки зрения убытков — если ты приходишь на огромное предприятие с балансом на сотни миллионов, можешь что-то не досмотреть, то на тебя полетят огромные убытки», — рассказал Кузьмин.
По его словам, помимо того, что многие арбитражники ушли в процедуры банкротства граждан, те, кто еще остался на «юриках», в последнее время стали намного осторожнее — большинство уже не дают свои согласия на банкротство незнакомых предприятий и берут процедуры лишь «по знакомству».
В бронзовую лигу «ворвалась» управляющая Аделя Хабиби. Арбитражница с не самой распространенной фамилией на сегодняшний день ведет 15 дел о банкротстве, за спиной у нее уже 59 процедур. Самое яркое из актуальных — дело о несостоятельности ООО «СК «Экострой», которое возводило объекты для «Татнефти», НКНХ, ТАИФ-НК и участвовала в строительстве больницы в столичной Коммунарке. Конкурсное производство в отношении стройкомпании началось в августе прошлого года. РТК насчитывает почти 1 млрд рублей (970 млн рублей), главные кредиторы — УФНС по РТ, которой компания задолжала 268 млн рублей и АББ с требованием на 162 млн рублей.
В один из периодов деятельности компании ей руководил (а также владел на 20%) экс-депутат Казгордумы Максим Леонтьев, который позже ушел в личное банкротство из-за поручительства по долгам «Экостроя». Как бывший собственник и руководитель Леонтьев может понести бремя субсидиарной ответственности. Хабиби уже подала соответствующее заявление, потребовав суд включить в РТК Леонтьева 844,7 млн рублей в пользу конкурсной массы «Экостроя». Правда, сделала она это преждевременно — решение о привлечении его к «субсидиарке» в деле о банкротстве компании еще не вступило в силу, должник вправе его обжаловать, потому рассмотрение требования было приостановлено.
Также среди компаний, в банкротстве которых Хабиби когда-либо принимала или продолжает принимать участие, — казанское ООО «Альгор-Инвест», челнинское ООО «Камэнерго», московское ООО «Энергоэксперт», уфимское ООО «Строительная техника» и др. Коллеги характеризуют арбитаржницу как грамотного специалиста, который дотошно ведет дела.
В числе новичков нашего рейтинга — директор альметьевской группы компаний «Ютрэйд» Наиль Ризванов. Его хвалят за то, что он не занимается массовым банкротством физиков, а очень детально подходит к процедуре каждого гражданина и держит дела на личном контроле.
«Есть же конторы, которые тысячами берут должников, и клиенты вообще не знают, как выглядит их управляющий, даже в глаза его не видели. Как правило, там „орудуют“ номиналы со статусом управляющего, которые сами ничего не делают. А Ризванов профессионально занимается списанием долгов, и всегда действует от себя лично. Это отличает его от таких компаний, которые занимаются банкротством „на поток“», — рассказывают спикеры.
* * *
Как и всегда, отмечаем, что рейтинг «БИЗНЕС Online» — это не истина в последней инстанции. И если наши спикеры, на ваш взгляд, забыли или недооценили заслуги какого-либо из игроков рынка, пишите об этом в комментариях, дополняя редакционный список.
Комментарии 31
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.