«Есть ряд редких генетических патологий, которые требуют смены пола у человека фенотипически. Например, когда генетически ребенок — девочка, но половые органы сформировались иначе, и гормонально такая «девочка» должна стать мальчиком», — рассказывают эксперты о широте задач, которые стоят перед эндокринологами республики. Спектр проблем, которые они решают, необычайно широк — от гормональных сбоев, нарушающих качество жизни, до диабета и бесплодия. О том, кто в Татарстане занимается редкими опухолями, кто поднаторел в направлении превент-эйдж, а к кому надо записываться за два месяца вперед, — в материале «БИЗНЕС Online».
Эндокринологи лечат болезни желез, которые производят гормоны, в их зону ответственности входят щитовидная, паращитовидные, поджелудочная и половые железы, надпочечники, гипофиз и гипоталамус. Соответственно, и перечень проблем, с которыми работают эти врачи, широк — от диабета до ожирения и бесплодия
«Надо к Новому году похудеть, я к вам за уколом»: чем занимаются эндокринологи?
«Если мы посмотрим на пирамиду, составленную по иерархии вклада основных классов болезней, то смертность от эндокринных болезней в Татарстане в 2 раза выше, чем в России (6% в республике к 3% в стране — прим. ред.)», — приводили эксперты тревожную статистику за 2023 год на международном конгрессе по демографии, который прошел в Казани в ноябре. За 2024-й ситуация усугубилась: по данным регионального минздрава, в структуре общей смертности населения болезни эндокринной системы вышли на 5-е место с 7%, а количество умерших за 11 месяцев 2024-го выросло к аналогичному периоду на 22,5%!
Цифры — вещь упрямая, однако к ним внутри отрасли относятся скептически: мол, далеко не всегда можно однозначно определить причину смерти, если у пациента есть одновременно несколько тяжелых заболеваний. При этом все в один голос говорят, что в разрезе эндокринологии проводится большая работа на местах, с пациентскими сообществами, есть пристальное внимание минздрава. И этого, по словам наших собеседников, не отнять. Эндокринологи в республике востребованы, и их немало: по данным регионального минздрава, в Татарстане 190 ставок (из них заняты 181,75), а если ориентироваться на портал «Про Докторов», то в одной Казани больше 230 таких специалистов. За последние пять лет медорганизации приросли сразу 41 взрослым и 12 детскими эндокринологами.
Богато такими спецами и госзвено, и частные клиники. О частниках поговорим ниже, а что касается госзвена, с соответствующими проблемами можно обратиться амбулаторно или, если все серьезно, лечь в стационар. В Казани три профильных круглосуточных стационара: в РКБ, в ГКБ №7, в ведомственной больнице РЖД, а также эндокринологический центр в медсанчасти КФУ. Районы тоже не обделены: эндокринологическое отделение есть в Лениногорской ЦРБ, Городской больнице № 2 в Набережных Челнах и койки при Городской больнице № 5 там же, в автограде. В Нижнекамске и Зеленодольске спецкойки есть в составе ЦРБ.
Современные методы диагностики и лечения диабетической ретинопатии в клинике Кузляр
Диабетическая ретинопатия — одно из самых серьезных осложнений сахарного диабета, способное привести к необратимому снижению зрения.
Диагностика и лечение диабетической ретинопатии является одним из ключевых направлений клиники Кузляр, которое возглавляет доцент, к. м. н., Заслуженный врач Республики Татарстан Абдулаева Эльмира Абдулаевна.
В клинике «Кузляр» применяются современные методы диагностики и лечения диабетической ретинопатии, позволяющие выявлять заболевание на ранних стадиях и эффективно контролировать его развитие.
В арсенале клиники Кузляр имеется уникальное высокоточное оборудование. Немецкий оптической когерентной томографии (ОКТ) с функцией ангиографии позволяет детально оценить состояние сетчатки и сосудов глаза, определить степень поражения и подобрать индивидуальную тактику лечения.
В клинике «Кузляр» представлены современные и эффективные методы лечения, такие как:
— лазерная коагуляция сетчатки
— интравитреальные инъекции современных препаратов
— микрохирургические вмешательства
Все процедуры выполняются опытными офтальмологами с соблюдением международных стандартов безопасности.
Ранняя диагностика — главный шаг к здоровому зрению при сахарном диабете
Чем занимаются эндокринологи, что они так востребованы? Технически всем: эти врачи лечат болезни желез, которые производят гормоны, в их зону ответственности входят щитовидная, паращитовидные, поджелудочная и половые железы, надпочечники, гипофиз и гипоталамус. Соответственно, и перечень проблем, с которыми работает эндокринолог, широк — от распространенного и грозного диабета до ожирения и бесплодия.
Проблема № 1, конечно, диабет: по словам завотделением эндокринологии РКБ Луизы Бареевой, в республике около 170 тыс. таких больных, у них диабет преимущественно II типа (т. е. когда в течение жизни человека клетки становятся невосприимчивы к гормону инсулину).
В топе и заболевания щитовидной железы, в том числе и потому, что Татарстан — регион с природным йододефицитом. Часто татарстанцы обращаются и с ожирением. И это общемировой тренд: по данным ВОЗ, на 2022 год ожирением страдали около миллиарда людей в мире.
«Причем пациенты обижаются на диагноз „ожирение“. Это официальный диагноз по МКБ 10, но не переводятся негативные отзывы, что врач назвал пациента жирным. Вот честное слово. Напишешь „ожирение печени“, скажешь, не ешьте, пожалуйста, булочки и хлеб. Прилетает отзыв: „Он меня оскорбил. Он назвал меня жирным“. Это через раз встречается, это просто какой-то бич!» — сетуют врачи.
Не пропали никуда желающие получить стройную фигуру быстро и просто с помощью препаратов. Например, среди татарстанцев до сих пор живет запрос на «Оземпик», который ряд селебрити использовали для снижения веса
Но работают специалисты и с «условно здоровыми». «Например, приходят пациенты с нормальным индексом массы тела или с капелюшечным избытком массы и говорят: „Я похудеть не могу“. Это, честно говоря, бесит», — сокрушаются наши собеседники. Не пропали никуда и желающие получить стройную фигуру быстро и просто с помощью препаратов. Например, среди татарстанцев до сих пор живет запрос на «Оземпик», который ряд селебрити использовали для снижения веса.
«Вообще, „Оземпик“ и похожие лекарственные средства — замечательные препараты, но они лечат заболевание, и для их назначения нужны показания, обследования перед назначением. Но тут есть нюанс, который, к сожалению, поддерживает мнение пациентов: согласно нынешним клиническим рекомендациям, лечить ожирение могут не только гастроэнтерологи, эндокринологи, но и, например, косметологи. И есть такая практика у косметологических клиник, когда они покупают антагонисты рецепторов ГПП 1, и так „лечат“», — рассказывает врач-эндокринолог, директор клиники «Самсон» Ольга Игнарина.
Еще один специалист приводит случай из собственной практики с одной из пациенток. «Девушка не успела на стул сесть, как говорит: „Мне надо к Новому году похудеть, я к вам за уколом. Вы подружке назначили, мне тоже надо“. Весь прием я объясняла пациентке, что у подруги были показания, но у нее их нет! И ничего лучше, чем физическая активность и здоровое питание, для похудения еще не придумали. А если за три месяца на физкультуре и диете она не похудеет, то пусть приходит снова, подумаем о других методах. Больше я ее не видела», — разводит руками врач.
Тренд первый — работа с пациентами с ожирением.
«Много работы по части ожирения и препаратов, которые люди используют для этого. Вроде „Оземпика“. Эти препараты произвели революцию, потому что все, что существовало до них, было не таким эффективным, с побочными эффектами. А „Оземпик“ действительно хорошо переносится и мужчинами, и женщинами, и многие получили возможность продления жизни, улучшения внешнего вида», — объясняет врач-эндокринолог Анна Бобровская. И действительно, на необходимость работы с такими пациентами обращали внимание все опрошенные нами эксперты.
«Есть хирурги, которые умеют и хотят увеличивать количество бариатрических операций. Хотелось бы иметь в Казани центр, где ожирением занимается комплексно команда, в составе которой эндокринологи, диетологи, психотерапевты, реабилитологи, кардиологи, гастроэнтерологи, хирурги», — говорит Луиза Бареева. И в случае проведения бариатрической операции пациент должен продолжить коррекцию питания под наблюдением врачей.
«Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что если человек начал есть в 3 раза меньше, то вместе с жирами он недополучит еще и другие нутриенты. А между тем вопрос востребованный», — подытожила завотделением эндокринологии РКБ.
Тренд второй — улучшается диагностика.
Директор клиники «Самсон», врач-эндокринолог Ольга Игнарина вспоминает, что на заре своей карьеры, в конце 90-х, опухоли на гипофизе врачи определяли по двум рентгеновским снимкам: в прямой и боковой проекции, и все. «Сейчас человек идет на исследование, МРТ, и завтра у тебя есть диагноз по этим исследованиям, и ты объясняешь человеку, как долго он будет лечиться и так далее», — продолжает Игнарина.
«Эндокринология — молодая специальность относительно той же хирургии, например, по сути, все гормоны и рецепторы начали открываться в XX веке. Такой диагностики рутинной, как сейчас, тогда не было. Можем не только гормоны определять, но и рецепторы к ним, различные полиморфизмы генетические, можем выстроить более индивидуальную историю пациента», — продолжает Бобровская.
Тренд третий — новые группы препаратов.
Речь о таргетных препаратах, которые разрабатываются для ряда эндокринных нарушений. «Такие препараты есть, например, в онкологии, ревматологии. Есть разработки и в эндокринологии», — рассказала Бобровская.
Тренд четвертый — помощь гаджетов.
Много в эндокринологии медицинских гаджетов, и это здорово помогает. Старожилы отрасли вспоминают, что еще в конце 90-х пациенты делали уколы инсулина шприцами, которые кипятили на огне дома. Сейчас есть помпы и другие полезные гаджеты.
«Взять датчики суточного мониторирования глюкозы, все данные мониторинга состояния пациента есть даже в моем телефоне. Такие датчики очень помогают при работе с беременными с гестационным сахарным диабетом: на фоне ГСД мы сталкивались с тем, что беременная начинала себя сильно ограничивать, она не набирала вес, а ребенок не набирал — не просто некрупный плод, а маленький! С дефицитами!» — рассказывает Бобровская.
Позитивный тренд, который развивается в том числе благодаря социальным сетям, — популяризация чекапов. Собеседники нашего издания утверждают, что растет количество пациентов, которые приходят к врачу и спрашивают, какие анализы ему сдать, чтобы проверить свое здоровье.
Но поговорим о врачах. Напомним, топ специалистов мы составляем с опорой на экспертные оценки представителей сообщества — корреспонденты нашего издания провели ряд живых интервью с врачами из госсектора и частного звена. В топ мы выбирали активных практиков, к которым можно прийти на прием по ОМС или по внебюджету. Как обычно, мы не включили (хотя отметили в материале) специалистов, у которых нет приема, но которые двигают отрасль эндокринологии в республике вперед. А также по просьбе самих наших собеседников отдельную главу посвятили детским врачам.
Напомним главное: наш топ не рейтинг, мы отказываемся ранжировать представителей благородной профессии, фамилии врачей в таблице выстроены в алфавитном порядке.
Фарида Валеева — главный внештатный эндокринолог ПФО. Профессор активно консультирует в РКБ, в ГКБ №7 и возглавляет кафедру в КГМУ
«Найти на приеме нереально, только через знакомых»: топовые эндокринологи
В каждой отрасли есть врачи-небожители, которые не ведут прием, но консультируют целые отделения, посвящают себя науке, руководству клиникой, кафедрой, двигают свою сферу вперед. В эндокринологии такой «титан» — Фарида Валеева, главный внештатный эндокринолог ПФО. Профессор активно консультирует в РКБ, в ГКБ №7 и возглавляет кафедру в КГМУ и приходит на ум в числе первых всем опрошенным собеседникам нашего издания. «Фарида Вадутовна была первой, кто установил инсулиновую помпу беременной в Татарстане. Не все владеют этой методикой, многие до сих пор боятся назначать инсулин беременным», — рассказывают о ней. «Казалось бы, ну все знаешь. Но слушаешь на конференции Фариду Вадутовну, и обязательно она найдет чем удивить, где расширить знания!» — говорят о профессоре коллеги.
На ниве нейроэндокринологии работает профессор Гульнар Вагапова. «Это не про „закрыть дефициты“, речь о заболеваниях гипофиза, операциях на нем. Лучше нейроэндокринологию, чем Гульнар Рифатовна, никто не знает», — подчеркивают в отрасли. Вагапова — ученица легенды эндокринологии Лидии Анчиковой, переняла после нее кафедру в КГМА. С улицы записаться к ней на прием почти нереально, разве что через знакомых, говорят источники. Но профессор консультирует в МКДЦ. Кстати, именно там в тандеме с Вагаповой работает Бахтияр Пашаев, знаменитый в отрасли нейрохирург.
Луизу Барееву (в центре) можно найти на приеме в РКБ, однако спрос на врача высокий: приемы расписаны на 1,5–2 месяца вперед
Завотделением эндокринологии, а до недавних пор — главного внештатного эндокринолога Татарстана Луизу Барееву можно найти на приеме в РКБ, однако спрос на врача высокий: приемы расписаны на 1,5–2 месяца вперед. «Пациенты Луизы Талгатовны часто начинают прием с фразы: „Я два месяца ждал, чтобы к вам попасть“. Но к ней можно прийти с любой патологией. Найти можно только в РКБ — разные частные центры звали работать, но она не уходит из любимой больницы. Да и там такая нагрузка, работа 24/7, она всегда на связи, всегда с пациентами», — делятся коллеги.
В Татарстане около 170 тыс. больных диабетом, большинство наблюдаются в государственных клиниках. Причин несколько: во-первых, в госзвене пациенты могут получить рецепт на бесплатные лекарства
«Нужно каждую крошку еды высчитывать!»: звезды госзвена и спасатели беременных
Одна из самых распространенных болезней, с которой приходят к эндокринологам в системе ОМС, — диабет. Шутка ли: в Татарстане около 170 тыс. больных этим заболеванием, большинство наблюдаются в государственных клиниках. Причин несколько: во-первых, в госзвене пациенты могут получить рецепт на бесплатные лекарства, снижающие сахар. Во-вторых, в рамках ОМС оказывают ВМП-помощь по эндокринологическому профилю — ставят инсулиновые помпы, хирургически лечат синдром диабетической стопы. Эксперты говорят, что помповой методикой владеют далеко не все специалисты.
«Что такое помпа вообще? Устройство для введения инсулина. А базовые настройки введения препарата дает только врач-эндокринолог. Он рассчитывает сложные коэффициенты чувствительности к инсулину — на сколько миллимоль снижает уровень сахара в крови одна единица инсулина. Это надо высчитать у пациента путем формул, наблюдений. Это сложная система, очень затратная по энергии, труду, времени. На рядовых приемах этого не сделать», — говорят эксперты нашего издания. В РКБ сразу несколько специалистов, которые в совершенстве владеют помповой методикой: это и Регина Сахибуллина, и Миляуша Филиппова, и Ольга Егорова, и Татьяна Павлова. К слову, в республике именно РКБ в 2011 году начали установку инсулиновых помп. Тогда оставили только 7 — столько квот выделили. Сейчас в год помпы ставят 60 пациентам, и специалисты готовы делать еще больше
Сразу несколько собеседников нашего издания отметили работу Венеры Билаловой и Ильдара Гильмуллина в поликлинике РКБ. «Оба специалиста занимаются всем: это же поликлиника, к ним стекаются случаи из районов. Гильмуллин раньше специализировался на тиреотоксической офтальмопатии — заболеваниях глаз, которые появляются из-за нарушений в работе щитовидной железы», — подмечают собеседники нашего издания. К старожилам поликлиники, которые разбираются в любой эндокринной патологии и «на хорошем счету» как у пациентов, так и у коллег, относят и Нину Куприянову, Альфию Ахунову, заведующую диабетологическим центром Чулпан Зайнуллину.
Отдельно наши источники выделяют эндокринологов, которые занимаются беременными: не все врачи могут (и хотят) работать с этим особенным контингентом. «Ставить инсулиновую помпу беременной женщине с диабетом — очень щепетильный, нудный труд! Это нужно каждую крошку, каждый грамм еды их высчитывать и понимать, сколько человек съел, сколько на это надо инсулина, достаточно ли было пересмотра коэффициентов», — поясняют эксперты в отрасли. Такой работой занимается, например, Дильбар Мустафина в поликлинике РКБ.
«По сахарному диабету много хороших специалистов и в Казанском эндокринологическом диспансере (КЭД): завотделением эндокринологии Лилия Мухина, врачи ее отделения Эльвира Бимерская, Радмила Михань. Подбор инсулинов и все прочее по части диабета — это к ним. А в поликлинике КФУ принимает Наталья Сорокина. К ней можно с любой патологией, там опыт и стаж бешеные», — говорят наши собеседники.
Лидия Анчикова — основатель клиники «Авиценна — эндокринология», центр работает с 1991 года, постоянно развиваясь и расширяясь
«Врачи, которые пришли либо из педиатрии, либо из терапии, мыслят шире»: чем занимаются «частники»
Вне бюджета эндокринологов тоже достаточно: во-первых, специалисты есть в многопрофильных центрах, во-вторых, в той же Казани, например, несколько частных клиник выбрали эндокринологию одним из основных профилей работы.
Например, «Авиценна — эндокринология», основанная Анчиковой. «Клиника работает с 1991 года, постоянно развиваясь и расширяясь. У нас есть собственная лаборатория, которая прошла путь от радиоиммунной к иммуноферментной методике. В 2000-х мы одними из первых приобрели портативный УЗИ-аппарат, что было редкостью для того времени, и выезжали с ним для обследований в районы. Сегодня у нас многопрофильный медицинский центр, сохранивший эндокринологию как основное направление: прием ведут 7 врачей-эндокринологов для взрослых и трое детских», — рассказывает врач клиники Татьяна Подольская. Она внучка Лидии Ивановны и продолжатель традиций.
«100-процентно Подольскую нужно отметить. Большая умница, очень хорошие мозги. У нее общая эндокринология, к ней можно прийти с любой проблемой», — отмечают наши собеседники. Рассказы самой Подольской это подтверждают. «Например, недавно был пациент с акромегалией (за всю мою практику — 6-й случай). Эту болезнь вызывает опухоль гипофиза, из-за которой у взрослого человека грубеют черты лица, увеличиваются кисти и стопы, могут быть изменения обмена веществ вплоть до развития сахарного диабета. Диагноз был подтвержден, и пациента направили на дальнейшее получение лечения в соответствующее лечебное учреждение», — рассказывает Татьяна Борисовна. В прошлом году она диагностировала болезнь Иценко – Кушинга — редкое явление, один-два случая в год на 1 млн населения. «Я думала, такого не увижу! Это был мужчина 30–40 лет с характерными симптомами: лунообразное лицо, ожирение в области живота, тонкие конечности, багровые растяжки и повышенное давление. МРТ подтвердила аденому гипофиза, которая и была причиной избыточной выработки гормонов. Пациента направили на операцию», — продолжает Подольская.
За такие же «прекрасные мозги» хвалят и Татьяну Йылмаз в КОРДе. Да, в офтальмологической клинике. Это не случайность: наши собеседники поясняют, что диабет дает серьезные осложнения именно на глаза (это и диабетическая ретинопатия, и глаукома, катаракта и т. д.)
Йылмаз — кандидат меднаук, доцент кафедры эндокринологии КГМУ, и комбинацию научной и практической работы высоко ценят ее коллеги по цеху. «Несмотря на то что прием она ведет в офтальмологической клинике, Йылмаз не специализируется на узких задачах, к ней можно прийти со всем. И это „живой“ врач. От нее не услышишь: „Как меня все достали!“ Она действительно хочет помочь пациенту, всегда грамотные назначения», — говорят наши собеседники.
В частном звене преимущественно работают с теми болезнями, которые не всегда «доходят» до поликлиники. Топ-5 наиболее популярных проблем:
«В нашей практике топ-3 проблем, с которыми приходят к нам, — это заболевания щитовидной железы (гипотиреоз, тиреотоксикоз, узловой зоб), ожирение и избыточный вес, а также повышенный уровень пролактина и связанные с этим нарушения репродуктивной функции», — говорит Татьяна Подольская.
Анна Бобровская подмечает и сезонность среди обращений. С сентября-октября, в традиционный всплеск ОРВИ и гриппа, инфекции верхних дыхательных путей у некоторых перекидываются на щитовидную железу, поэтому осень — зима — время подострого тиреоидита. «Проявляется болью в районе железы, может отдавать в зубы, в челюсть, в глаза, температурой. Сама щитовидная железа увеличивается, ее становится видно. Вне сезона в клинику часто приходят с ожирением и всем, что касается метаболического синдрома, — и вес, и сахар, и холестерин, и мочевая кислота. Это огромный пул пациентов, причем обоих полов, иногда даже в равных долях. В последнее время больше, чем раньше, приходит мужчин в возрасте 35–45 лет, потому что они начали себя хуже чувствовать, потому что среди их друзей есть кто-то, кто, скажем, не проснулся утром уже. И они приходят наладить вес, сон, и таких достаточно много», — рассказывает эндокринолог клиники «Скандинавия» Бобровская.
Обращаются в частные клиники и беременные с гестационным сахарным диабетом, много пациентов с бесплодием, нарушением менструального цикла, синдромом поликистозных яичников, синдромом истощения яичников.
Узкой отраслью онкоэндокринологии — диагностикой и лечением опухолей на эндокринных железах — занимается «Клиника профессора Афанасьевой». «Тут есть преемственность эндокринологии и онкологии — Афанасьевы и Дружковы, можно сказать, одна семья. В клинике Афанасьевой принимает, например, Наталья Дружкова, все, что касается онкоэндокринологии, — это к ней. Врач блестящий», — делятся коллеги.
Ольга Игнарина — врач-эндокринолог, директор клиники «Самсон» — представитель врачебной династии в четвертом поколении, из когорты врачей старой школы
Активно по эндокринологии работают в клинике мужского и женского здоровья «Самсон», правда, по несколько нестандартному методу. «Одна из особенностей клиники — направление генетики, которое мы развиваем не только у нас, но и в Татарстане в целом. Сотрудничаем с московской лабораторией, пациентам предоставляем панели исследований на конкретные заболевания: можно установить предрасположенность, например, к заболеваниям щитовидной железы или диабету II типа, к инфаркту миокарда и так далее. Мы даже на акне сделали такую панель, и, вместо того чтобы пациент бегал от эндокринолога до косметолога, дерматолога, гастроэнтеролога, инфекциониста, человек сдает панель, находит свой пробел в этой части и идет к конкретному специалисту», — рассказывает директор клиники Ольга Игнарина.
«„Самсон» действительно много занимается генетикой, нутрицевтикой. Вот по щитовидной железе мы знаем, что опасен дефицит йода, но много работ в последние годы и по другим микроэлементам, тому же селену. «Самсон» занимается в том числе такими вещами», — говорят собеседники нашего издания и выделяют работу директора клиники, самой Игнариной. «Не оперирует, но лечит все, и диабет, и остеопороз, и менопаузу. Особенно любит помогать бесплодным парам, стареющим людям — вернуть качество жизни. Игнарина — представитель врачебной династии в четвертом поколении, из когорты врачей старой школы, которые «знают все», ученица Лидии Ивановны Анчиковой. Запись к ней на полтора-два месяца вперед», — дают оценку наши источники. Говорят, Ольга Сергеевна долгое время проработала эндокринологом в обычной поликлинике, поэтому от земли не оторвана. Но при этом много работает с серой зоной — состояниями, при которых у пациента нет патологии, но есть те или иные отклонения.
Анна Бобровская работает в сфере превент-эйдж
Сразу несколько специалистов, которые занимаются общей эндокринологией, работают также в сфере превент-эйдж (preventage — направление в медицине, которое занимается профилактикой заболеваний и персональным подходом к сохранению здоровья и качества жизни). Например, это Роза Рамазанова, которая переехала в Татарстан из Оренбурга, и Анна Бобровская.
«Суперсила Бобровской — индивидуальный подход, во-первых. Во-вторых, она функциональный диагност, смотрит на любую проблему шире. Вообще, исходно те врачи, которые пришли либо из педиатрии, либо из терапии, мыслят шире, чем те, которые сидят исходно в эндокринологии. Они смотрят не только эндокринологию, смотрят все и корректируют все, попутно. Бобровская как раз из терапии пришла. Да, помпу она не поставит, но со всем остальным можно смело к ней — от надпочечниковой недостаточности и остеопороза до гестационного диабета беременных», — делятся наши источники. В превент-эйдж работает и Нафиса Усманова из «Нейропрофи». «Думающий очень врач, хорошо разбирается в половых гормонах, и не просто грубыми мазками. На всем, что связано с нарушением выработки эстрогенов на уровне тканей, — кисты, эндометриозы, гиперплазия эндометрия, — собаку съела!» — отзываются об Усмановой коллеги.
В крупных городах Татарстана дефицит эндокринологов практически ликвидирован. В республике работает и система курации: районы закреплены за ВМП-центрами
«Ушел было в начмеды, но пациенты буквально под кабинетом сидели»: кого хвалят в районах
«Это люди, которые тихо работают, и мы не видим от них пациентов именно потому, что они полностью закрывают все вопросы на местах. Есть люди, которые живут благодаря этим врачам», — говорят собеседники нашего издания об эндокринологах в районах республики.
По данным минздрава, в крупных городах дефицит эндокринологов практически ликвидирован. Об остальных территориях в ведомстве прямо не говорят, но наши собеседники утверждают, что есть районы, в которых эндокринолога нет ни на полставки, ни на четверть, — сегодня таких районов пять. Но пациенты не покинуты: в Татарстане работает телемедицина — врач-терапевт или фельдшер может проконсультироваться с узкими специалистами. Работает и система курации: районы Татарстана закреплены за ВМП-центрами, и в эндокринологии данная система также работает. Поэтому, если врача в районе нет, пациента с эндокринным нарушением направят в закрепленный за районом РЭЦ (региональный эндокринологический центр).
«Это большое благо в части доступности медпомощи, всегда есть возможность обсудить пациента и определиться с дальнейшей тактикой ведения в режиме телемедицинской консультации. При необходимости подключать ресурсы крупных клиник такие пациенты могут быть переведены из районной больницы», — объясняет завотделением эндокринологии РКБ Бареева. В пример она приводит свежий случай. У диабета есть грозное осложнение — диабетический кетоацидоз: из-за нехватки инсулина в организме происходит неправильный метаболизм, начинают расщепляться жиры, в организме начинают накапливаться кетоновые тела. Происходит, грубо говоря, закисление крови, ацидоз вызывает массу жизнеугрожающих состояний — дыхательная недостаточность, нарушается работа сердца, мозга, вплоть до летального исхода. И недавно в реанимацию РКБ санавиацией доставили такую пациентку.
«Но кетоацидоз бывает атипичным, как у этой пациентки, когда клиника ацидоза есть, но сахар при этом близок к норме! Врачей, которые сталкиваются с этим, бывает, такая ситуация вводит в заблуждение. Пациентка поступила в ЦРБ Алексеевского района, лечили ее грамотно, что важно — заведующий отделением терапии, очень грамотный, врач, который забил тревогу и вовремя маршрутизировал пациентку в РКБ. Тяжело было выводить ее из этого состояния, балансировала на грани! Счет шел на пару суток. Но победа реанимационной и эндокринологической службы: пациентку с улучшением перевели в отделение эндокринологии, сегодня она выписывается под наблюдение врача по месту жительства», — продолжает Бареева.
И таких историй немало. В Арске работает эндокринолог Индира Урманова, один из ее пациентов в 2024 году получил медаль от российской диабетической ассоциации за «50 мужественных лет с диабетом».
«Я пациенту так и говорю: „Ты живешь благодаря Индире Зуфаровне!“ Он отвечает: „Я знаю“. Были проблемы со зрением, у него на низких сахарах случались такие приступы… Но благодаря супруге и Урмановой он столько лет живет с этим недугом, первый тип диабета! Более того, в преклонном возрасте ему поставили помпу. Да, помпу ему поставили в ВМП-центре, там же помогли ее освоить, но ведут-то его потом врачи на местах, в Арске. Годами!» — говорят собеседники нашего издания.
Есть врачи, которых пациенты буквально не отпускают в какую-то другую стезю. Как, например, в Менделеевске, где работает Андрей Чернышев. Терапевт Чернышев в 2007-м прошел переподготовку на эндокринолога. Собеседники нашего издания говорят, что пациенты его любят, а коллеги уважают за глубокую работу: если Чернышев и маршрутизирует пациента в Казань, значит, в Менделеевске точно сделали все что можно. И каждого такого пациента сопровождает полный анамнез и полный перечень проведенных исследований.
«Пациенты без него шага не сделают! Очень принципиальный. Он ушел было из эндокринологов в начмеды, но потом вернулся: а как быть, если пациенты буквально под кабинетом сидели как уже у начмеда! И он попросил оформить его совмещение, чтобы продолжать наблюдать пациентов. Сегодня он принимает в эндокринологическом кабинете в поликлинике», — говорят наши собеседники.
«Фанаты эндокринологии» работают в Нижнекамске — врачи Галина Печерская, Светлана Особливая. «Они, может, могли бы по возрасту не работать, но делают великолепные вещи», — говорят наши собеседники. Там же, в Нижнекамске, но на ниве частной медицины работает эндокринолог Лилия Кулешова, попутно возглавляет медцентр «Заботливый доктор»: ее работу отмечают казанские коллеги.
Гюзель Исхакова долгое время возглавляла отделение эндокринологии городской больницы №2 в Челнах, сейчас принимает в частных клиниках
В Зеленодольске за внимательный подход в рамках ЦРБ хвалят Ольгу Рябкову и Ирину Григорьеву, а в Елабуге — Назиму Самигуллину.Мол, если они отправляют пациента в столицу, значит, на своем уровне сделали все. То же самое говорят и о Гюзель Исхаковой в Набережных Челнах. «Она долгое время возглавляла отделение эндокринологии городской больницы №2, сейчас больше в частных клиниках. Если из Челнов кого-то записывают, это значит, что Гюзель Саитовна сделала все что могла. Ее компетенций хватает, чтобы понять, нужно ли человека направлять в РКБ или сразу в федеральный центр», — говорят наши собеседники.
Эндокринологов со взрослым сертификатом только в Казани более 200, детских специалистов в разы меньше: по данным портала «Про Докторов», их всего 33. А спрос на таких специалистов только растет
«Ребенок не вступает в пубертат»: кого хвалят среди детских эндокринологов
«Пожалуйста, узнайте, кто принимает детей! У меня регулярно пациенты спрашивают, а я не знаю, кого посоветовать», — просил корреспондента «БИЗНЕС Online» один из взрослых эндокринологов. И действительно, если врачей со взрослым сертификатом только в Казани более 200, то детских специалистов в разы меньше: по данным портала «Про Докторов», их всего 33, личные оценки опрошенных экспертов совпадают с этой статистикой.
А спрос на таких специалистов только растет. «Детей к нам приводят часто, в основном с заболеваниями щитовидной железы (врожденный и приобретенный гипотиреоз, аутоиммунный тиреоидит), с задержкой полового или физического развития (приходят с обращением: „Ребенок не вступает в пубертат“ или „Сильно отстает в росте“). Еще одна из причин — ожирение, которое становится серьезной проблемой даже в детском возрасте», — рассказывает эндокринолог Подольская.
Основной пул проблем по детской эндокринологии закрывает собой госзвено — ДРКБ и Казанский эндокринный диспансер. В КЭД прием ведут несколько детских специалистов, но особенно коллеги выделяют врачей высшей категории Светлану Вакилову (она также завотделением детской эндокринологии) и Ирину Ахаладзе, а в ДРКБ — Юлию Исхакову, Марию Шайдуллину. Последняя больше 10 лет была главным внештатным детским эндокринологом РТ, сегодня она завотделением эндокринологии в ДРКБ. «Принимает ли она сейчас в связи с занимаемыми должностями — вопрос, но доктор замечательный! Кроме того, именно она будет заниматься каким-то сложным случаем в своем отделении», — говорят о Шайдуллиной коллеги.
В стационаре ДРКБ ведет прием еще один замечательный врач — Оксана Печерица. Ее фамилия звучит одной из первых у наших собеседников в ответ на просьбу посоветовать детского специалиста. Печерица — наследница врачебной династии. Ее отец Григорий Печерица — детский уролог. Мама Наталья Криницкая — знаменитый эндокринолог, один из первых врачей ДРКБ. Обе дочери пошли по стопам родителей.
«Оксана Печерица — классный специалист. Запись в „Авиценне“ на нее — на начало марта. Такая востребованность!» — говорят собеседники «БИЗНЕС Online». В «Авиценне» принимает и Елена Подшивалина. Она славится как взрослый врач и по детскому сертификату работает относительно недолго. Но исходно Подшивалина — неонатолог, и с маленькими пациентами у нее отличный контакт. «Елена Юрьевна специализируется, например, на гендерных вопросах. Есть ряд редких генетических патологий, которые требуют смены пола у человека фенотипически. Например, когда генетически ребенок — девочка, но наружные половые органы сформировались так, что проще сделать мальчика. Гормонально такая „девочка“ должна стать мальчиком. Елена Юрьевна мастерски владеет подобными методиками, проходила соответствующую учебу», — говорят о ней коллеги.
В частных клиниках Казани ведет прием Альмира Аминова. Детский эндокринолог с почти 40-летним стажем бо́льшую часть жизни проработала в Нижнекамске, в 2022-м переехала в столицу по семейным обстоятельствам. «Замечательный доктор, всю свою жизнь проработала детским эндокринологом. Плюс — принимает в детской поликлинике №2 на Шмидта, это вариант по ОМС», — говорят коллеги.
* * *
В материалах, посвященных медработникам, мы всегда напоминаем, что хороших врачей намного больше, и каждый достоин быть отмеченным в публикации. К сожалению, формат материала не позволяет сделать этого, поэтому призываем читателей отметить специалистов, которые помогли конкретно вам, в комментариях. Уверены, им будет приятно!
* принадлежит Meta — запрещенной в России экстремистской организации
Комментарии 48
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.