Ильдус Янышев — директоров группы «Контр» Ильдус Янышев — директоров группы «Контр» Фото: «БИЗНЕС Online»

Деньги не пахнут? Уже начали!

Почти 2 тыс. лет мы жили по правилу римского императора Веспасиана, который, введя налог на городские уборные (по сути, на мочу) и отвечая на упреки своего сына в этичности такого способа пополнения казны, поднес к его носу золотую монету и спросил: «Пахнет ли она мочой?» На отрицательный ответ сына император заметил: «Деньги не пахнут». Этой фразой оправдывали любой способ получения прибыли, от налогов на общественные уборные до сложных серых схем 90-х. Золотая монета, грязная или чистая, весила одинаково. Долгое время это работало и продолжает работать, но уже с определенными изъятиями и новыми трендами.

Но что-то мне подсказывает, что этой эпохе приходит конец. Истории с конфискацией активов у чиновников в Татарстане, которые не смогли доказать «нужный запах» своим деньгам, национальный бойкот Ларисы Долиной, которая проигнорировала правила «сравнительно честного отъема денег» у более слабого соперника и другие сигналы с финансовых полей показывают, что не только государство, но и простые люди стали неравнодушны к запаху денег. Сегодня они обрели не только запах, но и цвет, цифровой след и уникальный ID. Тезис о том, что источник богатства неважен, перестал быть вопросом морали. Теперь это вопрос выживания капитала и физической свободы его владельца.

«Сегодня деньги обрели не только запах, но и цвет, цифровой след и уникальный ID» «Сегодня деньги обрели не только запах, но и цвет, цифровой след и уникальный ID» Фото: «БИЗНЕС Online»

От этики к Уголовному кодексу

Посмотрите на сводки новостей Татарстана за последний год. Прокуратура республики создает прецеденты, которые еще вчера казались невозможными. Имущество чиновников и связанных с ними лиц изымается в доход государства не через сложные уголовные дела о взятках, а через гражданские иски, просто потому что расходы не совпали с подтвержденными доходами.

Механизм доказательства «чистоты» перевернулся. Теперь не государство должно доказать, что вы украли. Теперь вы должны доказать, что заработали честно. Если история происхождения активов имеет «душок», вы теряете актив. На национальном уровне тренд задает практика Генпрокуратуры и Росфинмониторинга. С 2022 года по ст. 235 ГК РФ («Незаконное приобретение имущества») взыскано имущества на десятки миллиардов рублей, и это только начало нового «великого раскулачивания». Речь не только о чиновниках: в зоне будущих рисков предприниматели с расхождениями между уровнем жизни и формальными доходами. Механизм гражданского иска, где бремя доказывания лежит на ответчике, стал основным инструментом правоприменения.

Это не избирательное правоприменение, а пилотное тестирование модели в условиях частичной цифровизации. Это новая практическая реальность, и 2026 год, уверен, будет тому ярким подтверждением.

«Внедрение цифрового рубля (CBDC) — это не просто новый платежный инструмент. Это инфраструктура для программируемых финансов, где каждый рубль имеет свой паспорт» «Внедрение цифрового рубля (CBDC) — это не просто новый платежный инструмент. Это инфраструктура для программируемых финансов, где каждый рубль имеет свой паспорт» Фото: © Пелагия Тихонова, РИА «Новости»

Технологическая ловушка

Почему это происходит именно сейчас? Потому что мир стал прозрачным. Цифровизация экономики уничтожила приватность. Этот сдвиг из этической плоскости в практическую обусловлен технологической революцией и изменением правоприменительной практики. Международный тренд: глобальная прозрачность. Под давлением FATF и ОЭСР Россия внедряет автоматический обмен налоговой информацией (CRS) и инструменты отслеживания цепочек владения. Деньги без документального «происхождения» становятся токсичными для глобальной финансовой системы. Уже не так просто, как в 90-е, можно приехать с чемоданом нала и купить виллу или бизнес-компанию.

Технологических драйверов несколько:

— Внедрение цифрового рубля (CBDC) — это не просто новый платежный инструмент. Это инфраструктура для программируемых финансов, где каждый рубль имеет свой паспорт. По аналогии с китайским цифровым юанем (e-CNY), который позволяет отслеживать цепочки транзакций, цифровой рубль заложит основу для автоматического compliance. Актив, полученный вне легальных контуров, будет технически неспособен попасть в регулируемую и прозрачную экономику.

— Безналичные платежи создают вечный архив ваших действий, и от этого никуда не деться.

— Системы Big Data налоговой службы видят нестыковки в разрывах НДС и личных тратах, все автоматизировано.

Каждый цифровой рубль — это не просто монета, это программный код. В нем зашита вся его история: кто его выпустил, кто заработал, на что потратил. «Окрашенные» деньги невозможно будет потратить на цели, не предусмотренные их статусом. Вы не сможете купить недвижимость или оплатить обучение детей деньгами, которые в системе помечены как «сомнительные».

Цифровой рубль, внедрение которого идет полным ходом, — это финальный гвоздь в крышку гроба теневого капитала.

Сценарии ближайшего будущего

Опираясь на текущие тренды и технологии, я вижу три неизбежных сценария развития событий в ближайшие 3–5 лет:

1. Токсичность серых активов. Деньги без подтвержденной истории происхождения станут неликвидными. Вы сможете купить на них продукты на рынке (пока там принимают наличные), но не сможете приобрести квартиру, машину или долю в бизнесе. Любая крупная транзакция будет блокироваться на уровне банковского алгоритма. Актив есть, но воспользоваться им нельзя.

2. Автоматическое изъятие. С внедрением ИИ в фискальные органы сверка доходов и расходов перейдет в режим реального времени. Купили люксовый внедорожник, а официальный доход за три года — миллион рублей? Система сама сформирует запрос, заблокирует счета и отправит дело в прокуратуру без участия человека на первом этапе. В Татарстане этот тренд уже тестируется в ручном режиме, переход на «цифру» — вопрос времени.

3. Репутационный скоринг и наследование. Капитал с «запахом» станет невозможно передать по наследству. Ваши дети не просто получат активы, они получат вместе с ними риски конфискации. Цифровой профиль гражданина будет включать в себя «индекс финансовой чистоты». Низкий индекс — это отказ в кредитах, закрытые двери в госструктуры и невозможность ведения легального бизнеса.

«Для любого предпринимателя или чиновника, планирующего будущее в России, стратегия сегодня одна: полная легализация и формирование безупречного цифрового следа» «Для любого предпринимателя или чиновника, планирующего будущее в России, стратегия сегодня одна: полная легализация и формирование безупречного цифрового следа» Фото: freepik.com

История происхождения денег становится важнее их количества

Деньги начали пахнуть. И этот запах — запах прозрачности. Для любого предпринимателя или чиновника, планирующего будущее в России, стратегия сегодня одна: полная легализация и формирование безупречного цифрового следа. Те, кто надеется отсидеться в тени, рискуют обнаружить, что их капиталы превратились в фантики, которые невозможно потратить.

История происхождения денег медленно, но уверенно становится важнее их количества. Для бизнеса и состоятельных лиц управление репутацией активов становится критически важной функцией риск-менеджмента. Инвестиции должны быть направлены не только в рост капитала, но и в создание его безупречной цифровой биографии. В противном случае капитал столкнется с рисками неликвидности, блокировки и принудительного изъятия в среднесрочной перспективе.

Всегда ли бизнес – это война по законам джунглей?

Конечно, можно уповать на легендарную русскую смекалку. История знает множество примеров, когда локальная изобретательность пыталась обойти системные правила. Однако любая система, будь то римское право или цифровой код, стремится к целостности. «На каждую хитрую дырочку находится свой болт с резьбой» — это не просто пословица, это закон эволюции контроля. Сегодня «болтом» становится искусственный интеллект, анализирующий миллионы транзакций. В этой многовековой гонке шансы изолированной хитрости стремятся к нулю, уступая место тотальной прозрачности. Хотя мне все чаще приходит на ум другое определение этого будущего — движение в сторону создания «цифрового концлагеря», который мы строим уже не руками внешних оккупантов, а собственными руками.