Юрий Баранчик: «Что делает Дональд Трамп? Он стремится демонтировать ООН!»

Специалист по мировой геополитике, политолог Юрий Баранчик: «Заявление Владимира Путина является важным сигналом. В принципе, это первое изъявление готовности Москвы легитимизировать послевоенное обустройство новых регионов РФ» Фото: Kremlin.ru

«Мы уже дважды отбили деньги, замороженные за рубежом, и вышли в плюс»

— Юрий Владимирович, Владимир Путин заявил, что готов перечислить в только что образованный Дональдом Трампом совет мира миллиард долларов из наших замороженных за границей валютных ресурсов. А остальные средства — перенаправить на послевоенное восстановление после СВО. Любопытно, о каких средствах идет речь — о тех, что заморожены на наших счетах в Бельгии? Или о каких-то других?

— По сути, не так важно, о каких замороженных миллиардах мы говорим — о тех, что хранятся в Бельгии, или о тех, что были, как упомянул российский президент Владимир Путин, заморожены при предыдущей администрации США. На мой взгляд, тут нет большой разницы. Важен сам принцип: наши замороженные валютные средства могут пойти на восстановление новых регионов России. Кстати, именно такой вариант развития событий я несколько раз предполагал в ноябре – декабре прошлого года в своем телеграм-канале (в частности, в одном из постов я писал: «Тут, конечно, вопрос, куда именно планируют инвестировать российские деньги. Если обратно в российскую экономику — то можно рассматривать»).

В этом смысле заявление Владимира Путина является важным сигналом. В принципе, это первое изъявление готовности Москвы легитимизировать послевоенное обустройство новых регионов РФ, но уже после окончательного утверждения мирового соглашения и его подписания. Поэтому если рассуждать в позитивной парадигме выхода из кризиса, то, на мой взгляд, это один из самых выгодных для нас сценариев. Нам в любом случае предстоит потратить средства на восстановление земель, которые пострадали от боевых действий, и привлечь на эти цели соответствующие ресурсы. Как правило, раньше в таких случаях задействовался федеральный бюджет, но сейчас мы имеем возможность использовать наши замороженные активы. Впрочем, значительную часть этих активов составляют государственные средства, так что здесь в самом деле нет принципиальной разницы.

— Некоторые отечественные экономисты, в частности Валентин Катасонов, оценивают объем российских валютных активов на Западе в 1,6 триллиона долларов. Получается, у нас этих миллиардов, как у кота Матроскина гуталина.

— Честно говоря, я не знаю, откуда взялась цифра в 1,6 триллиона долларов. Если говорить о совокупности российских частных активов, размещенных на Западе, то их никто не трогает и не отбирает. Даже по подсчетам наших геополитических противников, речь идет максимум о цифре в 400 миллиардов замороженных резервов. Если же оценивать более точно, то логичнее говорить где-то о 200–250 миллиардах.

Впрочем, Россия и так не в убытке. Приведу простой пример. Допустим, у нас заморожено в ЕС около 244 миллиардов евро, прежде всего государственных средств. Так вот, за счет резкого роста цен на золото, который начался с 2022 года, наша страна смогла получить финансовую прибыль, оцениваемую Bloomberg в 216 миллиардов долларов. То есть мы, по сути дела, уже «отбили» эти деньги. Это во-первых. Второе: на замороженные ресурсы, которые находятся в Европе и США, мы напечатали рубли, которые сейчас работают в российской экономике. Поэтому по большому счету мы уже дважды компенсировали возможный ущерб.

Все это еще раз свидетельствует об устойчивости российской экономики. Надо признать, что в предыдущие 20 лет многие, и я в том числе, критиковали либеральный блок нашего правительства, отвечающий за экономику и финансы. Тем не менее армию мы поддерживали, ведь так? На практике же оказалось, что у нас не такое быстрое продвижение на линии фронта, зато экономика за прошедшие четыре года демонстрирует свою прочность. Хотя я (и наверняка не только я) уже сбился со счета, отслеживая санкционные пакеты, введенные против нас со стороны ЕС и США.

Да, немного растут цены. И жизнь в целом стала труднее. Но мы должны понимать, что сейчас, с одной стороны, проводим СВО, а с другой — ведем войну с целым глобалистским Западом, который использует Украину как свою прокси-силу. Поэтому в переживаемых трудностях ничего удивительного нет. Но даже в этих условиях никто и не слышал о введении продуктовых карточек. Полки в магазинах по-прежнему ломятся от количества разнообразных продуктов питания, транспорт исправно работает, заводы и предприятия функционируют, люди получают зарплату и прочее. Как-то абсолютно не получается сказать, что страна перенапрягается. Если сделать общий баланс и подсчитать все плюсы-минусы, то, на мой взгляд, окажется, что мы пока в плюсе.

«По подсчетам наших геополитических противников, речь идет максимум о цифре в 400 миллиардов замороженных резервов. Если же оценивать более точно, то логичнее говорить где-то о 200–250 миллиардах» Фото: © Илья Питалев, РИА «Новости»

«Америка демонтирует ООН. Совет мира создается против глубинного государства»

— Что касается создаваемого Дональдом Трампом совета мира, о котором сейчас столько говорят. Уже более-менее понятно, что Россия вступает в него, раз она из своих замороженных средств вносит миллиард, требуемый в качестве членского взноса (остальные миллиарды или какую-то часть из них предполагается потратить на восстановление новых регионов, как мы уже упомянули). Есть ли резон говорить, что Россия вступает в совет мира против интересов Китая? Ведь пока ничего не слышно о том, что в Пекине намерены принять приглашение Вашингтона об участии в новой международной организации. Не приведет ли это к конфликту интересов с нашим стратегическим партнером?

— Я считаю, что пока немного рановато говорить о том, что Россия вступает в трамповский совет мира. Тот факт, что мы позитивно относимся к этой идее и само предложение Дональда Трампа будет рассмотрено, накануне подтвердил Владимир Путин. Но еще никто со стороны Кремля официально не заявлял, что решение принято. Так что давайте все-таки подождем принятия принципиального решения и не станем забегать поперед батьки в пекло.

Что касается Китая. В чем тут мне видится проблема? А почему, собственно, мы должны думать об интересах КНР? Пекин ведь не думает о наших интересах, когда поставляет дроны и комплектующие к ним как нам, так и Украине. Между тем 80 процентов потерь наших ребят на линии боевого соприкосновения — именно от дронов. Тех самых, которые содержат в себе китайские комплектующие.

Понимаете, за все годы нашего стратегического партнерства Китай не построил у нас ни одного автозавода, не инвестировал в российскую экономику никаких серьезных средств. Я уже не говорю про период СВО — просто подразумеваю предыдущие 25 лет. То есть КНР проводит абсолютно прагматичную, рациональную политику исключительно в собственных интересах. И мы получаем выгоду лишь там, где наши интересы следуют в русле одного вектора, то есть где они совпадают. Где они расходятся, Китай с нами абсолютно не считается. Поэтому я полагаю, что, рассматривая предложение Трампа, мы тоже не должны ни на кого обращать внимания. Если нам выгодно вступать в этот совет мира (а на мой взгляд, это выгодно), то почему и во имя чего нам следует от этого отказываться?

Ведь что делает Дональд Трамп? Он, по сути, стремится демонтировать ООН и создать новую международную организацию с дублирующими функциями. Я об этом писал еще в прошлом году и даже ранее: американцы намерены распустить Организацию Объединенных Наций, потому что она, с их точки зрения (которую многие разделяют), исчерпала свой лимит легитимности. Поэтому сегодня 47-й президент США создает параллельную структуру управления миром. И дело тут даже не в ООН: Трамп учреждает структуру управления миром, направленную против глобалистов и глубинного государства, которое достаточно весомо представлено в обеих американских политических партиях — как в Демократической, так и в Республиканской. Совершенно не секрет, что представителей deep state полно и среди тех, кто управляет современной Европой, и что нынешние правящие элиты в Британии, Франции, Германии и прочих странах состоят преимущественно из глобалистов.

Я уже не говорю о государствах Восточной Европы, которые находится в подчиненном положении по отношению к ведущим странам Запада и США, а также об организациях, подобных МВФ, ВОЗ и прочим, которые глобалисты насытили своими людьми и полностью подчинили своим интересам. Соответственно, ООН — из того же ряда. За всеми ними стоит «неформальный клуб», который управляет миром. Чтобы «перебить» это влияние, Трамп создает дублирующую параллельную структуру, которая будет состоять из людей и представителей тех государств, для которых наибольшее значение имеют национальные интересы.

То есть совет мира создается главным образом против глубинного государства. Достаточно обратить внимание на очень интересный факт: ни Британия, ни Франция, ни Германия, ни тот же Китай особо не поддерживают эту инициативу Дональда Трампа. Почему? Потому что они являются сторонниками и проводниками интересов глобалистов и глубинного государства.

— И Китай в том числе?

— Да, Китаю выгодна нынешняя глобальная экономика, поскольку он масштабом своего производства буквально убивает все вокруг. Недавно в сети, например, появилась информация о том, что японская компания Sony продает свой контрольный пакет китайцам — в лице транснациональной компании TCL из КНР, отделяя от себя таким образом бизнес по производству телевизоров. А что такое Sony? Это одна из ведущих мировых корпораций по производству телевизоров, цифровой аппаратуры и бытовой техники. Если бы 20 или тем более 40 лет назад кто-то сказал, что Китай выкупит Sony, то в ответ просто покрутили бы пальцем у виска. И сегодня, когда люди сетуют на то, что какое-то из российских производств загибается, хочется сказать: если уж Sony загнулась настолько, что «прогнулась» под Китай, то что же говорить про нас? TCL, которая выкупила японский бизнес (точнее, контрольный пакет в 51 процент акций), в настоящий момент занимает уже 5-е место в мире по производству телевизоров. На 1-м и 2-м находятся южнокорейские компании Samsung и LG, на 3-м и 4-м — также китайцы. Еще лет 5–10, и они наверняка задавят Южную Корею. Да и Япония, похоже, станет просто высокотехнологичным придатком китайской экономики.

«Дональд Трамп, объявляя о своем намерении сделаться председателем совета мира, становится, по сути, председателем совета директоров» Фото: © Bonnie Cash — Pool via CNP / Consolidated News Photos / www.globallookpress.com

«Допускаю, что американцы возьмут под свой контроль 20 процентов территории Гренландии, а затем проведут референдум»

— Помнится, в предыдущем интервью «БИЗНЕС Online» вы упомянули, что президент США — это всего лишь четвертый уровень управления. Гораздо больше возможностей у Бильдербергского клуба, транснациональных корпораций и прочих составляющих глубинного государства. Но тогда в Белом доме еще сидел Джо Байден. Сегодня Трампу уже удалось перехватить инициативу и выйти на другой уровень управления? Или он рассчитывает сделать это при помощи совета мира?

— Дональд Трамп, объявляя о своем намерении сделаться председателем совета мира, становится, по сути, председателем совета директоров. Как мы знаем, ООН создавалась на паритетных началах, так, чтобы пять членов совбеза обладали правом вето (Англия, Китай, Россия, США и Франция — прим. ред.). В настоящее время создается нечто иное — на манер закрытого акционерного общества, где огромную роль будет играть управляющий (исполнительный) совет. А в этот совет, естественно, войдут только те люди, которым Трамп лично доверяет. Как мы знаем, сегодня в его состав уже включены госсекретарь США Марко Рубио, спецпосланник Стив Уиткофф, зять Трампа Джаред Кушнер, экс-премьер Великобритании Тони Блэр и прочие.

Впрочем, я полагаю, что совет мира — это временная структура. Она просто должна положить конец той власти, которой сегодня обладает глубинное государство. Но как только эпицентр по принятию решений переместится в совет мира и когда люди, договариваясь о чем-то серьезном, поймут, что они совершенно спокойно могут обойтись без ООН, ситуация изменится. Представителям ООН скажут что-нибудь вроде: «Вот ваши решения и резолюции, а вот наши. Теперь давайте сравним, какие выполняются, а какие нет!»

В чем парадокс современной мировой политики? В том, что международное право больше не действует, причем уже очень давно. Сколько бы в ООН ни принималось резолюций по израильско-палестинскому конфликту, он как шел, так и идет. Более того, Израиль несколько раз отбомбился по Ирану, и что? Да ничего, Тель-Авиву это просто розово-фиолетово. И это притом что сейчас над Тегераном нависла угроза новых ударов, но уже со стороны США.

Таким образом, международное право закончилось. Соответственно, сейчас всех в мире будут интересовать такие структуры, где будет действовать одно четкое правило: все принятые решения в обязательном порядке выполняются. А как этого можно достичь? Вероятно, лишь силовым образом. Если кому-то что-то не нравится и он выступает против, к нему прилетают и сбрасывают бомбы. Или, скажем, направляют десант и крадут президента, как это было в Венесуэле. Вот и вся логика.

— Но не превратится ли цивилизация из мира права в мир произвола?

— Это уже в известной степени произошло. Однако описываемую практику, которой может придерживаться совет мира, я считаю в целом позитивной. Трамп просто запускает очередной катастрофический для старого порядка процесс. Потому что прежний мир погрузился в такое болото, что хоть топор вешай. Рано или поздно его должно было где-то прорвать.

Трампу такая ситуация выгодна, потому что в условиях открытых мировых рынков он наращивает свое производство и всех при этом подминает под себя. Но как только эта стадия пройдет (я предполагаю, что на это потребуется буквально два-три года, когда решения совета мира начнут выполняться, а ООН полностью превратится в бутафорскую конструкцию), многое опять поменяется. Будет принято решение о создании другой, уже постоянной международной структуры, похожей на ООН, но уже с четким правом вето, игнорировать которое станет невозможно. В новый совбез наверняка войдут Китай и Индия. В итоге там опять окажется примерно пять стран, но среди них, скорее всего, уже не будет ни Британии, ни какой-нибудь Германии. Возможно, от всего Европейского союза будет представлен лишь один полномочный член, представляющий либо ЕС как таковой, либо одно из европейских государств — скажем, Францию как страну с ядерным оружием. Что до совета мира, то он превратится в подобие главного клуба для общения мировой политической элиты.

— Львиную часть своей нашумевшей речи на Всемирном экономическом форуме в Давосе Трамп посвятил Гренландии, назвав ее при этом «куском льда», но ни на дюйм не уклонившись от своего намерения поднять над арктическим островом звездно-полосатый флаг. Как вы полагаете, ему удастся это сделать? По информации западных СМИ, Трамп готов предложить гренландцам по 1 миллиону долларов. Судя по тому, что на острове живут примерно 56,7 тысячи человек, эта «сделка» обойдется ему сравнительно недорого.

— Получается, приблизительно в 57 миллиардов долларов.

— Да, в рамках всемирных инициатив американского президента это не такой уж большой бюджет.

— Согласно информации, которая просочилась из кулуаров форума в Давосе, промежуточным вариантом, который, в принципе, наверняка устроит и Трампа, и Гренландию, и даже Данию с Европой, станет покупка гренландской земли под нужды военных баз США. По принципу, аналогичному тому, в соответствии с которым действует Британия, арендуя землю у Кипра для своих военных баз в бессрочное пользование. Но при этом мы должны понимать, что Кипр — это, в сущности, еле заметная точка на карте, а Гренландия все-таки крупнейший на земле остров.

Предполагаю, что та территория, которую США захотят иметь вокруг своих баз, будет включать в себя и природные заказники, и земли, содержащие редкоземельные металлы и другие полезные ископаемые. Таким образом, площадь, занимаемая американскими военными, может оказаться просто огромной. Допускаю, что американцы возьмут под свой контроль как минимум 10–15, а может быть, и 20 процентов территории Гренландии. Причем земля вокруг военных будет считаться территорией США — в той же степени, в какой земля около английских военных баз на Кипре считается территорией британской короны.

Однако еще спустя какое-то время среди жителей Гренландии могут провести референдум. Я в своем телеграм-канале даже приводил данные опроса по поводу стоимости, за которую гренландцы готовы сменить свое датское гражданство на американское. Скажем, за 20 тысяч долларов они не готовы, а вот за 100 тысяч — готовы. Вы упомянули, что Трамп предлагает миллион. Ну за миллион долларов они тем более проголосуют как надо. Однако путь к этому, скорее всего, будет поступательным: сначала достигнут соглашения по военным базам, а уже потом, с разницей в год или больше, проведут референдум, после которого Гренландия полностью перейдет под власть США.

«Не исключаю, что Трамп хочет закончить войну на Украине здесь и сейчас, не откладывая на завтра» Фото: © Hu Yousong/ XinHua/www.globallookpress.com

«После одного-двух ударов по европейским столицам Европа наверняка запросила бы мира»

— На фоне Давоса активизировались российско-американские переговоры по украинскому конфликту. Стив Уиткофф вообще заявил о том, что переговоры выходят на финальную стадию. Означает ли это, что мирное соглашение может быть подписано буквально со дня на день или же речь идет всего лишь о заморозке конфликта?

— Я думаю, что речь идет именно об окончании украинского конфликта, а не об его заморозке. Впрочем, фразу Стива Уиткоффа о том, что «остался всего лишь один вопрос», можно трактовать по-разному. Публично заявляется, что подразумевается территориальный вопрос и, в частности, вывод ВСУ из Донбасса, но я думаю, что на самом деле «один вопрос» — это Зеленский. Вопрос именно в нем. Я уверен, что ближайшее окружение Зеленского, которое ведет переговоры с американцами — те же Рустем Умеров или Давид Арахамия, — уже давно готово сдаться. Тем более что эти двое, насколько я знаю, имеют американское гражданство. А значит, с их стороны я вообще не вижу никаких проблем — как им скажет хозяин, так они и станут делать.

Что до Зеленского, то он ориентирован на глубинное государство, поэтому упирается. Наверняка на него будут давить, чтобы он сдался, получив необходимые откупные. Если, скажем, 57 миллиардов американцы готовы предоставить жителям Гренландии, то какие проблемы дать Зеленскому миллиард или два?

Не исключаю, что Трамп хочет закончить войну на Украине здесь и сейчас, не откладывая на завтра. Как мы видим, в Давосе он нанес сразу несколько ударов по глобалистам: провел учредительное собрание совета мира, подписал его устав, а также предпринял попытку «закрыть» гренландский вопрос. Затем он провел встречу с Зеленским, после чего покинул форум. Соответственно, мирное соглашение по украинскому конфликту 47-й президент США хочет зачислить в ту же копилку, что и предыдущие свои достижения. Именно поэтому стартовали трехсторонние переговоры в Абу-Даби с участием российских военных, а параллельно намечена встреча руководителей двусторонней рабочей группы по экономике — Кирилла Дмитриева и Стива Уиткоффа.

— Может ли так статься, что на смену украинскому конфликту придет общеевропейский, где с одной стороны будет ЕС, а с другой — Россия? Ведь сценарии такого конфликта как прорабатывались, так и продолжают прорабатываться в ЕС.

— В конфигурации сил, которая у нас наблюдалась еще в ноябре – декабре прошлого года, такой сценарий исключать было нельзя. Тем более что самим американцам такой конфликт оказался бы очень выгоден — они бы по-прежнему поставляли оружие, как в случае с Украиной, и следили издали за схваткой. Однако, на мой взгляд, российско-европейский конфликт завершился бы достаточно быстро. С учетом огромной протяженности российских границ нам абсолютно невыгодно вести с Европой такую же позиционную войну, какую мы сейчас ведем на относительно узеньком пятачке с Украиной.

— Не такой уж он и узенький. Владимир Путин еще в 2023 году говорил, что общая протяженность линии боевого соприкосновения составляет около 2 тысяч километров.

— По сравнению с расстоянием, скажем, от Финляндии до Турции это все-таки пятачок. Однако суть в том, что у нас просто физически нет возможности вести позиционную войну на всем протяжении нашей государственной границы со странами Запада и их возможными союзниками. Поэтому как было бы логичнее нам поступить? Естественно, я полагаю, мы бы перешли к ударам ядерным оружием по противнику. «Общеевропейская война» на этом быстро бы завершилась. Уверен, что после одного-двух ударов по европейским столицам Европа наверняка запросила бы мира.

Однако теперь, как я уже сказал, конфигурация сил поменялась и сценарий большого конфликта уже не так вероятен. Трамп нашел оригинальный ход с советом мира (не исключаю, что мы отчасти могли ему это подсказать) и в результате, что называется, обошел представителей глубинного государства «на повороте». В новой конфигурации Европа не просто остается один на один против России — мы даже мы не можем рассматривать ее как единую силу. В настоящий момент в совете мира уже согласились участвовать свыше 20 государств. От Европы пока что это Венгрия, Болгария и Турция. Все три страны, как мы знаем, входят в блок НАТО, но, разумеется, никаких боевых действий с Россией вести не будут.

Посмотрим, кто еще из состава ЕС и представителей Старого Света войдет в новую международную организацию. Тем не менее мы уже сейчас можем констатировать: Европа оказывается расколотой настолько, что уже вряд ли сможет принимать внутри себя консенсусные решения, тем более о начале масштабных военных конфликтов.

Более того, в ближайшие годы в ведущих европейских странах, которые более всего подконтрольны элитам глубинного государства, пройдут ключевые выборы: президентские во Франции и в Германии в 2027 году, парламентские в Британии в 2029-м и так далее. Полагаю, что власть там тоже может смениться, после чего ни о каком военном конфликте между Россией и Европой речи уже не будет.

— Совет мира, как это следует из публичных заявлений, вроде бы создается ради сектора Газа. Но при этом о самой Газе меньше всего разговоров. Почему?

— Газа вообще не упомянута в уставе совета мира, который недавно был подписан. Из этого нетрудно заключить, что Газа — просто предлог.

— Тем не менее какова судьба Газы, на ваш взгляд? Превратится ли она, как планировали некоторые «мечтатели», в некое поле для экспериментов американских и прочих мировых миллиардеров, которые захотят выстроить на этой политой кровью территории свой «город счастья»? Или там все-таки сохранится Палестина?

— В свое время наша страна активно общалась со всеми группировками, претендовавшими на руководство Палестиной или достигавшими там руля власти. Мы курировали эти группировки давно, еще со времен Советского Союза. Однако после распада СССР контроль над ними перехватил Иран. Кроме того, свой контроль над рядом группировок, в частности над ХАМАС, перехватил Катар.

Так что можно сказать, что те радикальные партизанские группировки, которые и вели в основном боевые действия в извечном израильско-палестинском конфликте, раньше были нашими. Теперь они подчиняются не нам. Понятно, что наши интересы они станут учитывать только после интересов тех же Ирана и Катара. Но у нас есть другие группировки — в частности, представленные Махмудом Аббасом, главой палестинской автономии и председателем движения «ФАТХ» («За национальное освобождение Палестины» — прим. ред.). Допускаю, что мы могли бы договориться и тогда Израиль и тот же Дональд Трамп при нашем посредничестве могли бы добиться мира на этих измученных территориях. И вот тогда уже можно будет рассуждать о том, как сделать из Газы большой и привлекательный туристический кластер. Зачем дальше воевать? Кому нужно, чтобы дети гибли? Чтобы в 14–15 лет они учились обращаться с автоматом Калашникова? Пусть уж лучше учатся в школах, а их семьи — живут в мире.