«Джунов больше не существует»: число IT-вакансий в Татарстане рухнуло на 49%

Власти в РФ продолжают говорить о дефиците кадров в IT. Российской экономике необходимо дополнительно минимум 600 тыс. в IT-специалистов до 2030 года Фото: «БИЗНЕС Online»

Работа не найдена

«До 2022 года если публиковал резюме с тегом „ищу работу“ — сразу разрывался телефон, а сейчас никто не звонит, приходится самому откликаться, причем на каждой вакансии, на которую откликаешься, уже 600–1000 откликов сделано до тебя, хотя стараешься искать свежие объявления», — рассказывает IT-специалист из Татарстана Андрей (имя изменено в целях анонимности). Наш герой отучился на программиста в КФУ, его стаж работы в IT — 6 лет, степень квалификации (или грейд на профессиональном сленге) можно отнести к уровню «мидл» — средний. Работал в крупных и небольших татарстанских компаниях, а с 2024-го, после увольнения с последнего места, так и не смог найти новую постоянную работу, пока живет на сбережения и перебивается небольшими подработками. За все это время до этапа собеседований доходило лишь трижды, каждый раз безуспешно.

«Если я в 2020 году получал 20–30 предложений о работе в неделю, сейчас максимум 2–3. Если раньше сидишь и выбираешь, что тебе нравится, в настоящее время приходится стучаться во все двери», — рассказал «БИЗНЕС Online» другой казанский разработчик уже продвинутого уровня (сениор), также пожелавший остаться анонимным. В 2022-м он, как и многие другие айтишники, релоцировался в одну из бывших союзных республик, но через какое-то время вернулся и так и не смог найти официальную работу, которая бы его устраивала вдолгую. «За тот же функционал, который я выполнял три года назад, сейчас предлагают в 2 раза меньше, хотя вообще-то инфляция все это время существует». Накопленная финансовая подушка таяла от собеседования к собеседованию, молодой человек в итоге плюнул и пошел в серую зону, махнув рукой на официальное трудоустройство. И таких кейсов великое множество.

У работодателей свои трудности. Больша́я часть радуется, что впервые за долгое время можно найти айтишника хорошего уровня с адекватными зарплатными ожиданиями, но если кому-то надо кого-то уволить, то начинаются проблемы. «Мне надо было сократить нескольких человек в штате. И если раньше сотрудники, имея на руках в моменте массу офферов, уходили спокойно и мгновенно устраивались на новое место, часто с повышением в зарплате, то сегодня они понимают, что быстро работу не найдут, и максимально цепляются за свои позиции», — делится личной болью руководитель одной из казанских компаний.

Словом, перегретый пузырь зарплат айтишников, которые в 2022-м в моменте стали главной элитой страны, похоже, лопнул окончательно. По данным центра занятости населения РТ, которые были озвучены на недавнем совещании в исполкоме Казани, число вакансий в IT снизилось на 38% по сравнению с прошлым годом. При этом на одну открытую позицию приходится 20 резюме соискателей. «Работодатели стали гораздо тщательнее подходить к найму молодых специалистов и чаще перераспределяют внутренние ресурсы», — прокомментировал ситуацию директор центра Тимур Муллин.

Работные сайты полностью подтверждают слова Муллина. Количество IT-вакансий в Татарстане сократилось на 49% по сравнению с 2024-м, сообщили в «Хабр Карьере» «БИЗНЕС Online». По России в целом падение составило 35%. Данные SuperJob более оптимистичные: на их платформе за год вакансий стало на 16% меньше, а резюме — на 23% больше. «Рынок труда становится более сбалансированным. У компаний снова есть выбор кандидатов, а соискателям нужно прикладывать больше усилий, чтобы выделиться среди конкурентов за вакантные места», — отметили в организации в ответ на запрос «БИЗНЕС Online».

Цифры hh.ru тоже фиксируют тренд снижения, хотя и не такого значительного: доля IT-вакансий от общего числа на рынке снизилась с 6 до 5% как в РТ, так и по России, сообщила газете директор «hh.ru Поволжье» Альбина Султанова. Соотношение активных резюме к одной вакансии за год увеличилось почти вдвое. В республике с 11,6 до 21,43 увеличилось количество резюме на вакансию, по данным «Хабр Карьеры», и с 7,8 до 15,2 резюме на вакансию, по сведениям hh.ru. Что происходит?

Линара Нургалиева: «Простая «нарезка промптов» больше не профессия — теперь требуются специалисты, понимающие архитектуру нейросетей, методы дообучения, или fine-tuning, и работу с векторными базами данных (RAG)» Фото предоставлено Линарой Нургалиевой

Что происходит?

Эксперты «БИЗНЕС Online» выделяют несколько основных факторов, проколовших этот IT-пузырь с разных сторон.

Глобальный экономический кризис. В тучные годы, на подъеме IT, крупные компании скупали все стартапы подряд, инвестировали во множество самых разных проектов. Логика такая: приобретем тысячу маленьких стартапов, если даже малая часть из них «выстрелит», уже траты могут окупиться. Когда настал глобальный кризис, они начали сильно резать инвестиции, первым делом сокращение коснулось именно этих стартапов. Вторая волна — сокращение штата самих гигантов за счет тех, кто делает какие-то второстепенные задачи, объясняет один из собеседников издания.

В России бюджеты заказчиков подрезаются. Тут друг на друга накладывается сразу несколько факторов. В 2022 году ушли западные компании и западный капитал. У государства сегодня тоже понятные приоритеты, и на рынке в целом лишних денег нет, а значит, заказы падают (когда надо экономить, расходы на дорогую цифровизацию с непредсказуемым эффектом первыми идут под нож), число проектов уменьшается, а команды высвобождаются. И это еще не все. «Последнее время мы видим существенное снижение интереса к цифровизации в целом, за исключением отдельных сегментов, — делится наблюдениями один из источников. — Специфика российской разработки всегда была в сильной ориентации на госзаказ. А госзаказ… есть там, где государство реально интересуют какие-то проблемы — например, в налогах. А в остальном зачем выпрыгивать из штанов и внедрять новые прорывные технологии, порой ломая старые системы, если все и так сойдет? Сейчас очень многое делается для виду, но на самом деле это бутафория».

А налоги растут. IT-компаниям льготы по НДС пока оставили, но вдвое выросли страховые взносы — с 7,6 до 15%, что существенно увеличит расходы на персонал. Один из руководителей топовых в своем профиле татарстанских компаний на днях рассказывал, что, имея полторы сотни сотрудников со средней зарплатой под 200 тыс. рублей, налоги у него выросли на несколько миллионов рублей! Чтобы пережить налет таких «черных лебедей», запас прочности у фирм должен быть очень серьезным.

ИИ уничтожил джунов. Простые задачи, которыми раньше занимались начинающие и низкоквалифицированные специалисты, теперь стараются автоматизировать, говорят эксперты «БИЗНЕС Online». Написание простых скриптов, unit-тестов, документации и верстки в 80–90% случаев выполняется ИИ-агентами под контролем человека, говорит руководитель управления по подбору персонала бизнес-группы «Магнит OMNI» Алина Сибгатуллина. Для новичков повышают планку. «Компаниям стало невыгодно выращивать джуниоров на простых задачах. В 2026 году от джунов требуют знаний уровня миддл-специалистов 2024 года», — отмечает она. И это проще сказать, чем сделать. Как начинающему разработчику стать миддлом и сениором, если его никуда не берут и он не может полноценно всему обучиться в компании? Ответ на этот вопрос есть, он не очень этичный, о нем позже.

Написание простых скриптов, unit-тестов, документации и верстки в 80–90% случаев выполняется ИИ-агентами под контролем человека, говорит руководитель управления по подбору персонала бизнес-группы «Магнит OMNI» Алина Сибгатуллина Фото предоставлено Алиной Сибгатуллиной

Компании напрямую говорят, что ИИ заменяет штат программистов. «Мы в Т1 нанимаем тысячу молодых специалистов в год, и этого для нас все равно мало. Такую динамику по персоналу мы вряд ли сможем держать дальше. Единственный способ решить эту задачу — перейти на технологии, которые позволят кратно сократить себестоимость, например vibe coding, copilot, — все, что позволит нам самим тратить на разработку меньше. С помощью ИИ к следующему году мы целимся на увеличение производительности наших разработчиков процентов на 20, и код должен будет писаться быстрее на треть», — рассказывал в интервью нашему изданию гендиректор одной из крупнейших IT-компаний в России — Т1 — Дмитрий Харитонов.

Опытный разработчик с помощью ИИ-пайплайнов выполняет объем работы, на который всего пару лет назад требовалось 2–3 человека, подтверждает Сибгатуллина.

За лучшие кадры все еще идет борьба, раздувающая конкуренцию. Сложилась парадоксальная ситуация: при общем замедлении найма сохраняется дефицит высококвалифицированных кадров, отмечает Сибгатуллина. «На рынке наблюдается дефицит сильных сениор-специалистов при переизбытке кандидатов уровня миддл. Многие джуны- и миддл-специалисты общего профиля по-прежнему ориентируются на зарплаты „золотого“ периода (2021–2023 годы) и просят зарплаты выше рынка на 20–30%. В то же время эксперты в узких дефицитных нишах (например, кибербезопасность) справедливо подняли планку на 15–20%. Эти запросы адекватны: дефицит таких кадров в 2026 году не только сохраняется, но и продолжит расти», — подчеркивает она. «Компании концентрируются на привлечении лучших специалистов, что обостряет конкуренцию. Тренд на минимизацию найма „универсалов“ и новичков сохраняется, в то время как спрос на экспертов, внедряющих ИИ в бизнес-процессы, остается высоким», — отмечает спикер.

«Хотя объем инвестиций в IT отрасль продолжит расти (прогнозируемый темп роста в 2026 году умеренный — около 8-9% по разным источникам), основной драйвер — оптимизация затрат компаний, — отметила в разговоре с «БИЗНЕС Online» и руководитель отдела по подбору персонала «Ак Барс Цифровые технологии» Линара Нургалиева. Рынок труда меняется: завершается этап «рынка кандидата», и баланс смещается в сторону работодателя. Наиболее востребованными будут опытные специалисты с глубокими отраслевыми знаниями и пониманием бизнес-задач. При этом спрос на начинающих специалистов снижается — этому способствуют как рост автоматизации рутинных задач, так и общее повышение уровня компетенций в отрасли.

Самые востребованные — специалисты по ИИ. «Вместо классических кодеров нужны инженеры, способные связывать различные ИИ-сервисы в работающие системы. Простая „нарезка промптов“ больше не профессия — теперь требуются специалисты, понимающие архитектуру нейросетей, методы дообучения, или fine-tuning, и работу с векторными базами данных (RAG)», — отмечает Сибгатуллина.

По данным SuperJob, в январе 2026 года наиболее востребованными IT-позициями в Татарстане стали: программист, инженер технической поддержки и специалист по тестированию/QA-инженер.

По данным SuperJob, в январе 2026 года наиболее востребованными IT-позициями в Татарстане стали программист, инженер технической поддержки и специалист по тестированию/QA-инженер Фото: ru.freepik.com

А что по деньгам?

Несмотря на падение числа вакансий и рост конкуренции, зарплаты IT-специалистов продолжают увеличиваться — причем в Татарстане темпы роста почти вдвое опережают общероссийские, говорят данные калькулятора зарплат на «Хабр Карьере», где специалисты сами указывают размер своей зарплаты. Медиана по России: выросла со 170 тыс. до 183,3 тыс. рублей (+8%), по Татарстану: с 150 тыс. до 172,2 тыс. рублей (+15%). В hh.ru же отмечают, что медиана предлагаемых зарплат в вакансиях в сфере ИТ в 2025 году в РТ составила 87,1 тыс. рублей, в целом по стране — 96,4 тыс. рублей (+9% к уровню 2024 в обоих случаях).

IT-специалисты по-прежнему в топе по размеру зарплат по итогам прошлого года, отмечают в Superjob. Побороться с ними могут разве что стоматологи-ортопеды в частных клиниках. Так, самое высокое медианное значение показали программисты языков Kotlin (280 тыс.), Golang/Go (270 тыс.) и Java, Angular, Scala (250 тыс.). Если смотреть по максимальной оплате, то в топе инженер DevOps (зарплата 500 тыс. в месяц), программисты Golang/Go (490 тыс.) и Java (480 тыс.).

«На фронтенде, где ситуация сильно просела, сейчас абсолютный потолок по зарплате — 350 тыс. рублей. Поэтому все фронтендеры, которых много пытаются превратиться в бекендеров. А там все зависит от языка. Сейчас самое востребованное — это либо Python, либо Go. Например, начинающий разработчик на Python, получает 100-150 тыс., миддлы — 200-250, сениоры в крупных компаниях вполне могут претендовать на зарплату от 400 тыс. и выше — и это не редкость. Сениор на JavaScript — это где-то 250-400, в исключительных случаях — 600 тысяч», — дает расклад один из программистов в активном поиске.

Но есть нюанс. Такие зарплаты, по его словам, предлагают большие компании, а ля «Яндекс», банки, маркетплейсы. В малых и средних компаниях эти ценники можно смело делить надвое, если говорить об официальном трудоустройстве. Но существует еще большая теневая сторона, которая предлагает массу куда более привлекательных вариантов — у меня процентов 60-70 офферов таких. Это все про азартные игры: ставки, казино и так далее, — говорит он. — Поэтому перед тобой встает сложный этический выбор: либо работать официально, но получать при той же нагрузке в два раза меньше, либо в условном казино — и зарабатывать вдвое больше. Ты бы может и хотел делать что-то социально значимое, но таких предложений либо нет, либо очень мало платят. Мне кажется, если все будет развиваться в прежнем направлении, все будет уходить в эту серую, если не черную зону, а легальная официальная разработка останется нишевым направлением, где будут царить госкомпании».

И перед такой морально-нравственной дилеммой окажутся многие. Символично, что министр финансов Антон Силуанов обратился к президенту России Владимиру Путину на днях с предложением легализовать онлайн-казино с помощью специального оператора, который будет отчислять не менее 30% от выручки. Ожидается, что это позволит ежегодно привлекать в бюджет около 100 млрд рублей. Сейчас оборот нелегального онлайн-сегмента азартных игр в России превышает 3 трлн рублей в год…

«Деньги будут платить лучшим специалистам, разрыв в доходах будет увеличиваться. Зарплаты перестанут расти для всех подряд: теперь это будет происходить избирательно — в приоритете те, чья квалификация создает реальную ценность», — отмечают в SuperJob. Средний рост зарплат по отрасли в этом году ожидается на уровне +8-10%, для стратегических специалистов (архитекторы, DevOps, информационная безопасность): +12-15%. Тем временем среди начинающих (junior) конкуренция усилится, во многом из-за развития ИИ-инструментов.

Основные зарплатные тренды выглядят более чем сдержанно. Так, руководитель отдела по подбору персонала «Ак Барс Цифровые технологии» ожидает в 2026 году умеренный рост зарплат — в рамках оптимизации бюджетов компаний. «Основная задача для многих это сохранение текущих коллективов. Существенный рост (порядка 10% и выше) прогнозируется лишь в определенных сегментах, таких как разработка высокоинтеллектуальных систем, ML-инженерия, кибербезопасность», — отметила она в разговоре с «БИЗНЕС Online».

Алина Сибгатуллина из Магнит OMNI говорит, что для большинства позиций увеличение окладов соответствует уровню инфляции, выше — только в дефицитных нишах. «Специалисты, которые с помощью ИИ-инструментов демонстрируют рост продуктивности в 1,5–2 раза, могут претендовать на офферы выше рынка. Во многих компаниях на размер зарплаты сильно влияют умение работать с Big Data/ИИ (даже для таких ролей, как фронтенд-разработчики) и навыки работы в распределенных командах. А за полностью удаленный формат компании часто предлагают на 10–15% меньше, и эта тенденция, по моему мнению, будет только усиливаться», — говорит она.

«Сейчас джунов на рынке не существует. Точнее по факту они есть, но в поле зрения работодателя их нет» Фото: ru.freepik.com

Войти в IT через вранье

«Сейчас джунов на рынке не существует. Точнее по факту они есть, но в поле зрения работодателя их нет. Для тех, кто пытается войти в ИТ, последние 3-4 года единственный способ — назвать себя миддлом», — озвучивает неприятную правду один из казанских разработчиков. Неприятную потому, что огромная потребность в том, чтобы мимикрировать под миддла, ничего толком при этом не умея, создала направление менторства — людей учат, как замаскировать неопытность.

«Они прогоняют по всем вопросам и задачам, которые бывают на собеседованиях, и берут плату уже после трудоустройства. Обычно это сумма размером в 1-2 оффера. Плюс сопровождают во время испытательного срока. Интересно, что по такой же модели миддлы прикидываются сениорами. И на старте, на собеседовании, очень сложно определить, насколько честен с тобой соискатель, потому что на все стандартные вопросы уже готов ответ», — говорит спикер.

Тех, которые притворяются IT-гуру, называют IT-волками. «Есть люди, которые за деньги помогают накрутить себе опыт, даже делают запись в трудовую книжку или с микронаушниками помогают пройти собеседования. В итоге абсолютно ничего не знающий человек попадает чуть ли не на должность технического директора. Три месяца поработает, поймут, что он бесполезен, но какие-то деньги он за это время успеет вытянуть из компании», — рассказывает еще один программист. Явление стало массовым, что еще больше усложняет жизнь честным соискателям.

Ложь начинается уже с резюме. «Ключевая проблема 2026 года — массовое использование ИИ для выполнения тестовых заданий и создания идеальных резюме. На собеседовании часто выясняется, что кандидат не владеет фундаментальными основами специальности, хотя на бумаге его портфолио выглядит безупречно. Это снижает эффективность традиционных методов — скрининга резюме и тестовых заданий — и заставляет рекрутеров искать новые инструменты первичной оценки», — рассказывает Сибгатуллина.

Работодатели, кстати, не отстают: очень часто анкеты анализирует ИИ, который автоматически отсеивает все резюме, где что-то идет не по шаблону. «Я над своим резюме особо не работал, поэтому меня эти фильтры очень часто отбрасывают, автоматически сразу приходит ответ о том, я не подхожу», — делится разработчик собственным опытом. Если так пойдет и дальше, то в итоге оценивать друг друга будут не рекрутер и кандидат, а нейронка первого и нейронка второго.

«Таких кандидатов сплошь и рядом. У них язык хорошо подвешен и они могут обмануть кого-угодно. Здесь должна хорошо работать служба безопасности. У меня был случай, когда семнадцатилетний ребенок выдавал себя за двадцатичетырехлетнего айтишника. Меня немного смутило, как он разговаривал, слишком на молодежном сленге и я решил перепроверить», — рассказал «БИЗНЕС Online» технический рекрутер Динис Габдульманов. По его ощущениям найм в компаниях сейчас сократился и вовсе процентов на 70%. Но и количество качественных свободных кадров снизилось, отмечает он — многие высококвалифицированные специалисты уехали, а те, кто остался, уже работают в крупных корпорациях и банках, где хорошо платят.

«Время закрытия позиций и вовсе увеличилось с 30-35 ранее до 55 дней в текущем моменте. Так происходит, потому что работодатели стали серьезнее присматриваться к нанимаемым кадрам, — говорит Нургалиева. — Сегодня работодатели уделяют меньше внимания формальному резюме, смещая фокус на подтвержденный опыт (реальные кейсы), гибкость мышления да и в целом, на личные качества».

Техническая часть собеседования тоже не отстает. «Чтобы устроиться разработчиком, мне надо знать не только все о своем направлении, но и о смежных:

Финансово работодатели вкладываться в выращивание кадров не хотят Фото: «БИЗНЕС Online»

Как в таких условиях готовить кадры?

Власти в России при всем при этом продолжают говорить о дефиците кадров в IT. Российской экономике необходимо дополнительно минимум 600 тыс. IT-специалистов до 2030 года, говорил в апреле прошлого года вице-премьер РФ Дмитрий Григоренко. Дефицит айтишников в одном Татарстане еще в 2024 году экс-министр цифрового развития РТ Айрат Хайруллин оценивал в 10 тыс. человек — более свежих оценок ведомство пока не предоставило. Сегодня в республике работают 3,5 тыс. IT-компаний, где трудятся 41,8 тыс. ИТ-специалистов — это 3,3% работающего населения республики.В прошлом году IT-специальность в Татарстане получили почти 3,7 тыс. человек.

В татарстанских учебных заведениях стараются подстраиваться под новые требования компаний. В Университете Иннополис отмечают, что несмотря на все сложности, 100% выпускников находят работу. «Это достигается за счет глубокой интеграции практики в учебный процесс: уже во время учебы студенты активно получают практические навыки, проходят стажировки и работают над реальными задачами в компаниях-партнерах Университета Иннополис. В результате они выходят на рынок не просто с дипломом, а с готовым проектным опытом, что и позволяет сохранять высокий уровень их востребованности, — отметил проректор — начальник управления академической политики и высшего образования Университета Иннополис Евгений Бобров.

Критически важными, кроме программирования, стали глубокие знания в ИИ, машинном обучении и сетях, отмечает он. Из soft skills на первый план вышла коммуникация. Для мидлов и сеньоров также крайне желательна экспертиза в отечественном ПО. Наиболее устойчивый спрос — на data-инженеров, DevOps- и облачных специалистов. При этом работодатели готовы и активно инвестируют в выращивание кадров через партнерство с вузами: от поддержки студентов (корпоративные стипендии, стажировки, преподавание, хакатоны), где компания может растить лояльных специалистов с первого курса, — до программ ДПО.

«Вероятнее всего, в ближайшие 3–5 лет ИТ-образование полностью перейдет на индустриально-ориентированную модель. Уже с 2026 года крупные ИТ-компании обязаны инвестировать 3% льгот в вузы, что усилит интеграцию. Университеты будут развивать гибридные образовательные траектории с погружением в реальные проекты — подход, который в Университете Иннополис уже успешно реализуется», — отмечает он.

Директор МЦК-КТИТС Юрий Багров также не видит проблем с поиском работы у своих выпускников: процент трудоустройства в техникуме — 89%. Многие устраиваются на работу уже на третьем курсе. «Если мы говорим о программистах, раньше было достаточно, чтобы выпускник знал синтаксис языка, алгоритм, сейчас они хотят, чтобы они решали многофункциональные задачи, чтобы они видели дальнейший проект, а не какой-то его элемент. То есть важно не просто пройти алгоритмы там и структуры данных, а понимать, как это влиять будет уже на производительность, на стоимость инфраструктуры. То есть базовых понятий им уже недостаточно, они ждут их с опытом, обращают внимание, чтобы дипломная работа была реальным проектом. Очень много стало приходить работодателей на защиту дипломов», — рассказывает он. Учебные программы здесь в техникуме постоянно адаптируются, говорит Багров. Так, во все программы включили базовое понимание принципов работы искусственного интеллекта.

При этом финансово работодатели вкладываться в выращивание кадров не хотят, отмечает директор техникума. «Они желают получить готовых специалистов уже. Есть у нас некоторые предприятия, их совсем немного, которые нашим студентам платят именные стипендии, начиная со второго-третьего курса, приглашают на практику, но пока это, единичные случаи — у нас пять-шесть организаций таких. Я считаю, для IT-отрасли это совсем мало. Практически в прошлом году у нас не было целевых договоров от предприятий», — рассказывает он.

В институтах КФУ, готовящих ИТ-специалистов (ИТИС и ИИРСИ), данные о трудоустройстве выпускников и изменении учебных программ предпочли не раскрывать.