«Человек часто не знает, насколько насыщен историей район, в котором живет. При этом он каждый день наблюдает за аварийными зданиями, депрессивным видом некогда важной части города. Это явно не поднимает настроение, верно?» — рассказывает «БИЗНЕС Online» о проекте пожарной каланчи в Адмиралтейской слободе его автор Марина Шпилько. Архитектор-градостроитель, преподаватель МГИМО показала, как можно преобразить аварийное депо, на недавних «Диалогах». Кафетерий, «ЗИС» посередине, история слободы в башне каланчи — таковы детали концепции. Пока все на уровне инициативы, но, как говорит Шпилько, красивые картинки иногда тоже помогают воплощать идеи.
Красно-кирпичное здание, построенное в 1930-х годах, пережило оно многое — вплоть до остановленного сноса
Новая ветка в истории пожарной каланчи в Адмиралтейской слободе
В Адмиралтейской слободе в полуразобранном состоянии сегодня грустно стоит пожарное депо. Здание из красного кирпича, построенное в 1930-х годах, когда-то стояло на линии защиты от огня цехов Казанского вертолетного завода. Пережило оно многое — вплоть до остановленного сноса.
Дело было 20 июля 2016 года, когда помощник раиса РТ Олеся Балтусова написала в своей социальной сети: «Одной пожарной каланчой в Казани стало меньше. Недорабатываем…» В тот момент минземимущество РТ отдало поручение о сносе депо в связи с аварийным состоянием. И рабочие начали вручную разбирать здание.
Реакция последовала на следующий день. 21 июля поручение приостановить работы по сносу пожарной каланчи отдал раис республики Рустам Минниханов. Здание сохранили, но депо так и продолжало разрушаться. И только в 2023 году появилась информация, что здание планируют переоборудовать в молодежный центр. Видели там обучение робототехнике, программированию, авиамоделированию и т. д. Правда, сам проект никто не показывал, а обсуждение быстро сошло на нет.
ЖК «Статум» в исторической Адмиралтейской слободе!
Реклама. ООО «Стройриэлт». Застройщик: ООО Специализированный застройщик «СтройУслуги-3». Проектная декларация на сайте наш.дом.рф.
И спустя почти 10 лет появились звоночки, что каланчу все-таки могут восстановить. Надежду подает проект архитектора-градостроителя Марины Шпилько. Команда под ее руководством предложила сделать пространство для подростков, где они смогут проводить время с друзьями и знакомиться с историей своего района. Проект представили на одной из сессий архитектурно-строительных «Диалогов», которые в начале декабря прошли в пространстве бывшей фабрики «Адонис».
Марина Шпилько: «Каланча всегда у нас была где-то под боком
«Невозможно сделать город лучше, если концентрируешься только на одном клочке земли»
— Марина, идея реконструкции каланчи родилась, когда вы просто однажды зашли внутрь заброшенного депо… Как это получилось?
— Начну, наверное, с самого начала. В Казани я сотрудничаю с ГК «Унистрой» по курсу продукта в девелопменте. В идеале застройщик, начиная новый проект, должен исследовать территорию, где строится его ЖК, как любят говорить архитекторы, ногами. Только так развивается способность взаимодействия со средой.
Марина Шпилько — архитектор-градостроитель, бизнес-консультант, ведущий преподаватель МГИМО по программе «Продуктолог в девелопменте» и основатель Kruchina Team. Закончила Московский государственный строительный университет по специальности «инженер-архитектор» в 2012 году. Там же получила магистерскую и аспирантскую степень.
С 2015 по 2022 год изучала жилую застройку и инструменты продаж в Токио, Макао, Гонконге, Лондоне, Нью-Йорке и Дубае. Сегодня занимается консультированием и обучением застройщиков в качестве независимого эксперта — в том числе участвует в формировании стратегий развития территорий.
Кроме того, Шпилько работает над исследованием среды наукоградов РФ. На последних «Диалогах» в Казани эксперт рассказывала о Пущино — городе в Московской области, одном из научных центров РФ.
— Ну это как будто азы работы: чтобы грамотно работать с проектом, заинтересовать покупателя, нужно знать ответ на вопрос: а где мы вообще строимся? А ответ искать не по «Яндекс.Картам», а в реальном окружении своего комплекса.
— Именно. Это нужно и для того, чтобы выстраивать правильные градостроительные связи в проекте. И вот, кстати, пример! Когда я первый раз приехала осматривать территорию строящегося жилого комплекса «Статум», там даже не было подъездной дороги. Сейчас взор застройщика обращен дальше, за пределы его проекта. Восстановили дорогу, реконструировали входную группу дома с красной звездой. К проекту компании это вроде бы не имеет никакого отношения, но только так, вместе со всем окружением, становится понятен весь ансамбль целиком.
Одна из целей девелопмента должна отвечать на вопрос: а как сделать город лучше? Это невозможно осуществить, если концентрироваться только на своем клочке земли.
— Итак, во время прогулок с командой застройщика по Адмиралтейской слободе вы обратили внимание и на пожарную каланчу?
— Совершенно верно! Смотрели, что еще можно привести в порядок, — может быть, подлатать прогулочные дорожки. Исследовали, примеряли на себя, будет ли комфортно жителю будущего ЖК идти от А до точки Б.
А каланча всегда у нас была где-то под боком. К примеру, для встреч в рамках обучения мы выбрали молодежный центр «Вертолет». Там общались прямо в спортивном зале, а рядом занимались детишки всех возрастов. Буквально в паре шагов — уже территория застройки. А на пути находится как раз эта заброшенная каланча, куда в один из дней мы и решили заглянуть.
Оговорюсь — никаких законов не нарушали. Калитка была открыта — замки не взламывали.
— И на что вы там обратили внимание?
— Сразу бросаются в глаза высокие ворота, большие окна, которые дают очень много света. Получается, даже несмотря на то что пространство каланчи маленькое, оно очень воздушное. И сразу появилась мысль: а почему бы не разработать проект реконструкции. «Унистрой» эту идею поддержал сразу. Да, депо — это не объект в собственности застройщика. Но депо стоит и разрушается в его городе.
«Отлично сюда вписывается некое приглашающее пространство, где могли бы проводить время дети и подростки. В городе таких мест, где ребенок может быть уверен, что его не выгонят из-за того, что он слишком шумный или активный, совсем не найти»
Каким может стать бывшее пожарное депо в Адмиралтейке
— К каким интересным идеям пришли во время работы над проектом?
— Пространства внутри не очень много, поэтому в первую очередь взялись за благоустройство прилегающей к каланче территории. Сейчас там часто просто стоят машины — их, по моему видению, можно перенести на противоположную сторону дороги в виде параллельной парковки.
И тут сразу формируется небольшое зеленое пространство. Оно мало того, что отлично работает в концепции реновации самой каланчи, так еще и успешно встраивается в структуру городского зеленого каркаса.
Это ультраважно для человека, который будет здесь проходить пешком. А нам, градостроителям, нужно, чтобы люди чаще ходили пешком. Как этого добиться? Работать над целой сетью зеленых пространств, системой парков и скверов. И здесь, возле каланчи, как раз вырванный кусок из этой сети — ходить там неудобно.
— Места для полета фантазии действительно там немного. Исходя из этого, на какой функции в итоге решили остановиться?
— Отлично сюда вписывается некое приглашающее пространство, где могли бы проводить время дети и подростки. В городе таких мест, где ребенок может быть уверен, что его не выгонят из-за того, что он слишком шумный или активный, совсем не найти. В крупных городах подростки в основном проводят время в торговых центрах, но в Адмиралтейской слободе их тоже нет. Невольно задаешься вопросов: а где гуляют дети во время дождя или зимой? Вероятно, как и мы в свое время, в подъездах…
По нашему проекту у подростков данного района появляется теплое и красивое место, где есть необходимый для них элемент свободы (и важная деталь здесь — отсутствие навязчивого присмотра). При этом здесь безопасно, тепло и красиво.
«Есть центральный разделительный элемент — настоящая кабина «ЗИСа», которая и становится интересным интерактивным элементом, и отдает дань уважения истории пожарного депо. Получается, что это не просто арт-объект»
— И правда, наверное, сейчас многие вспомнят себя. На улице холодно, забегаешь в подъезд погреться и сидишь до того момента, пока кто-нибудь не выгонит. Обругал кто — встали, пошли в следующий подъезд…
— Да, и в результате имеем, что подросткам и негде проводить время безопасно и качественно. При этом большинству из них уже не хочется находиться на виду у родителей.
Как мы организовали само пространство? Есть центральный разделительный элемент — настоящая кабина «ЗИСа», которая и становится интересным интерактивным элементом, и отдает дань уважения истории пожарного депо. Получается, что это не просто арт-объект. Его можно потрогать, посидеть внутри. А это точно заинтересует любого ребенка. Туда же встраиваем большой рабочий стол, где можно вместе порисовать, поиграть в настольные игры — в общем, заняться чем душе угодно.
В первой половине, ближе к входу, будет находиться кафетерий. Специально размещаем его здесь, чтобы в летнее время можно было, к примеру, вынести столики на благоустроенное пространство снаружи. А во второй половине видится зона с экраном, проектором и микрофоном. В таком месте в свободной форме можно было бы проводить какие-нибудь мероприятия а-ля «Открытый микрофон». Такой нативный и ненавязчивый формат больше всего подходит для работы с детьми. Им, согласитесь, тяжело отсидеть классическую лекцию, потому что хочется, прямо скажем, стоять на голове. Как раз наше пространство говорит ему: «Ты можешь слушать и стоять на голове одновременно — никто не одернет, не запретит».
«В первой половине, ближе к входу, будет находится кафетерий»
— А как можно поступить с самой башней пожарного депо?
— Башня — это абсолютно идеальное место для рассказа об истории района. Представьте: вы начинаете движение вверх, а на стенах читаете рассказ о том, как развивалась Адмиралтейская слобода, какой она была раньше. Это положительно работает в обе стороны — место не теряет своей значимости, люди в полной мере осознают ценность территории.
Человек действительно часто не знает, насколько насыщен историей район, в котором живет. При этом он каждый день наблюдает за аварийными зданиями, депрессивным видом некогда важной части города. Это явно не поднимает настроение, верно?
И в нашем проекте мы напоминаем о том, что в этом районе есть по-настоящему ценные вещи, которые нужно восстанавливать.
— А что касается внешнего архитектурного облика, оставляете его без изменений?
— Да, внешне каланча требует только реконструкции существующего объема. Единственное — по фотографиям добавляем верхушку башни и внедряем большие пожарные двери красного цвета. В оригинальном варианте они не такие насыщенные, но для нас было важно, чтобы сохранялась общая концепция: красная машина, красные двери…
«Башня — это абсолютно идеальное место для рассказа об истории района»
«Красивые картинки неплохо помогают воплощать идеи»
— Как вы оцениваете вероятность того, что проект воплотится в жизнь?
— На этот вопрос ответить сложно, потому что здание все-таки требует немаленьких вложений. Когда мы брались за проект, руководствовались только мыслью: а что мы можем сделать прямо сейчас? Можем разработать проект. Красивые картинки, знаете, неплохо помогают воплощать какие-то идеи. Они показывают и городу, и возможным заинтересованным лицам, что из этого порядком забытого места может получиться что-то стоящее.
Для того чтобы запустить какой-то процесс, не надо просто ходить и кричать с транспарантом, а взять и сделать то, что в твоих силах. Вот мы и сделали.
— Думается, это предложение больше направлено все-таки на город, а не на потенциальных инвесторов…
— Не согласна с вами, потому что бизнес неотделим от той среды, в которой он находится. К тому же на нашем предложении работа с этой территорией не должна заканчиваться. Рядом с каланчой ранее располагались и пристрои. Найдется информация о них — появится возможность их воссоздать. А в новых зданиях развить что-то вроде арендного бизнеса — для лекций, занятий, мастер-классов.
— Все чаще замечаем, что у девелоперов появляется желание помочь городу, приложить руку к его сохранению. Эта тенденция прослеживается в других городах России?
— Да, сейчас это стало более популярно. У людей, которые успешны в бизнесе, появляется желание себя каким-то образом увековечить, оставить для мира что-то ценное, значимое. И вот это маленькое пространство в каланче как раз это показывает.
Это место ведь может быть интересно всем, потому что дети — это на самом деле люди от 0 до 99 лет. Почему я так думаю? В Москве, на Триумфальной площади, есть гигантские качели. И я ни разу в жизни на них не сидела, потому что они всегда заняты взрослыми людьми. Там рядом, кстати, находится комитет архитектуры и градостроительства. И я уверена, что часть из тех, кто постоянно занимает качели, — это архитекторы, которые только что пережили рассмотрение своих проектов.
— Пытаются так восстановить свое эмоциональное состояние?
— Да. Я даже термин благодаря этим качелям придумала: «Александр Викторович тоже хочет на ручки». Какими бы важными и деловыми людьми мы не были, нам всем хочется какой-то душевной теплоты. Поэтому, кажется, нас всех так заинтересовала работа над этим проектом. Все вспомнили себя в детстве, поняли, что ничего особо и не изменилось. Как гоняли подростков, так и гоняют… И надо срочно что-то с этим сделать.
Так работают инициативы в городе — и к ним вполне может подключиться бизнес.
— Спасибо вам за вашу работу и занимательный разговор!
Комментарии 9
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.