Шавкат Мирзиёев заявил о выявленных хищениях и финансовых нарушениях на общую сумму около 400 млрд рублей Шавкат Мирзиёев заявил о выявленных хищениях и финансовых нарушениях на общую сумму около 400 млрд рублей Фото: © Bernd von Jutrczenka / dpa / www.globallookpress.com

Попытка системно ударить по криминалу в столице

Узбекистан в последнее время стал настоящим эпицентром событий, генерируя куда более насыщенную повестку, чем все остальные страны Центральной Азии, И минувшая неделя лишь закрепила эту тенденцию. В стране начались беспрецедентные чистки, которые затронули не только кабинеты высокопоставленных силовиков и чиновников, но и криминальный мир, против которого развернута жесткая и бескомпромиссная борьба.

Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев в выступлении 27 января жестко раскритиковал силовые структуры, налоговые органы и руководство госкомпаний, после чего перешел от слов к делу: уже на следующий день в Ташкенте началась волна увольнений и арестов высокопоставленных функционеров. Под удар попали ключевые фигуры МВД, налоговой и прокуратуры. Это не ротация — это попытка системно ударить по криминалу в столице, теневой экономике базаров и хищениям в госструктурах.

По различным коррупционным эпизодам в стране уже задержаны 55 человек

Ташкент сегодня — визитная карточка узбекских реформ. Здесь возводят современные кварталы, запускают новые линии метро и реставрируют исторические базары. Однако под внешним лоском скрывается иная реальность. В городе существуют зоны повышенной опасности, подобные Чиланзару — своего рода ташкентскому Гарлему, где, по неофициальным данным из телеграм-каналов, уровень грабежей за последний год подскочил на четверть. Здесь же функционируют рынки, через которые ежедневно утекают мимо бюджета миллиарды сумов.

Жесткая критика в адрес силовиков — это фактически признание того, что столица утрачивает статус безопасной зоны. Густонаселенный Чиланзар, где переплелись интересы мигрантов, местных группировок и «трудной молодежи», превратился в символ хаоса: семейное насилие, хулиганство и рост уличной преступности стали здесь пугающей обыденностью.

Впрочем, формальным поводом для чисток стала коррупция. За выявленные хищения при государственных закупках на сумму 186 млрд сумов (около 1,3 млрд рублей) возбуждены уголовные дела в отношении бывшего заместителя министра внутренних дел Бекмурода Абдуллаева и экс-главы департамента исполнения наказаний Рустама Турсунова. Оба высокопоставленных чиновника были задержаны в один день.

Следом за коллегами своих постов лишились еще два ключевых руководителя МВД. Аюбхон Рахматуллаев освобожден от должности первого заместителя министра и начальника оперативно-разыскного департамента — официально «в связи с переходом на другую работу». Аналогичная участь постигла Даврона Назармухамедова, занимавшего пост замминистра и главы департамента духовно-просветительской работы и кадрового обеспечения. Столь масштабное обезглавливание ведомства говорит о полной перезагрузке всей силовой вертикали.

Вслед за генералами своего кресла лишился и начальник управления организации следственной деятельности следственного департамента при МВД, полковник Бахтиер Бердиалиев. Выяснилось, что подчиненные на местах — тысячи участковых инспекторов — вместо реальной работы генерировали отчеты о «стабильности». Президент охарактеризовал это как «иллюзию контроля» и потребовал полной перестройки работы.

Руководство ГУВД и прокуратуры Ташкента получило последние предупреждения — строгие выговоры с полугодовым испытательным сроком. Отдельным поводом для недовольства стала удручающая статистика борьбы с киберпреступностью: при колоссальном ущербе в $165 млн раскрываемость таких дел не достигает и 8%.

Но и это только цветочки. О реальных масштабах злоупотреблений на совещании 27 января заявил лично Мирзиёев: по его словам, в Узбекистане выявлены хищения и финансовые нарушения на общую сумму 53 трлн сумов (около 400 млрд рублей). Прямой ущерб от вскрытых коррупционных схем составил 4,2 трлн сумов (порядка 31,5 млрд рублей).

Помимо силовиков, под стражу, по сообщениям СМИ, был взят и бывший председатель правления АО «Узбекнефтегаз» Баходир Сиддиков. Как утверждается в публикациях, ему вменяют подозрение в хищении бюджетных средств в крупных размерах и злоупотребление полномочиями при управлении активами нефтегазовой отрасли.

В целом же реакция правоохранительных органов на вскрытые злоупотребления в госсекторе последовала незамедлительно: по различным коррупционным эпизодам в стране уже задержаны 55 человек.

«Средний павильон здесь ежемесячно утаивает от государства десятки миллионов сумов»

Однако силовой блок лишь фасад проблемы. Главный удар пришелся по финансовой системе. Мубин Мирзаев, первый заместитель председателя налогового комитета, технократ с дипломом Японского национального института политических наук, долгие годы считался одним из столпов ведомства. Он был назначен еще в 2018 году (а до этого с 2008-го по 2018-й работал заместителем и первым заместителем министра экономики Республики Узбекистан) и успешно пережил нескольких руководителей, но 28 января его карьера оборвалась.

Президент Узбекистана указал на системные нарушениях в работе налоговых органов Ташкента. Только в торговом комплексе «Малика» за месяц скрыли 600 млрд сумов (около 4,3 млрд  рублей) выручки, а 75% торговцев работали без регистрации.

«Малика» — главный хаб электроники в стране, куда тысячи смартфонов и гаджетов ввозятся по серым схемам, в обход таможни и без фискальных чеков. Средний павильон здесь ежемесячно утаивает от государства десятки миллионов сумов, используя подставные фирмы и наличный расчет. Не лучше ситуация и на продуктовом гиганте «Чорсу»: при огромном ежедневном обороте в бюджет поступает менее 10% от реальных сумм. Президент подчеркнул, что вместо борьбы с теневым сектором налоговики годами «давили на добросовестных предпринимателей, одновременно крышуя серые схемы».

Общий ущерб сопоставим с годовым бюджетом крупного района. Новому главе ведомства Фарруху Пулатову поставлена ультимативная задача: провести масштабные рейды, завершить цифровую трансформацию 500 рынков (инициатива, стартовавшая в 2025 году) и взять под особый контроль проблемные зоны. Планируется тотальное внедрение POS-терминалов, видеонаблюдения и технологий блокчейна для прозрачности транзакций. Посыл предельно ясен: либо система станет прозрачной, либо полетят новые головы.

Режим усиленной работы

Параллельно с кадровой чисткой в высоких кабинетах решительные и жесткие шаги были предприняты и в сфере борьбы с организованной преступностью. Правоохранительные органы перешли в режим усиленной работы: с 20 января служба государственной безопасности совместно с МВД провела более 2 тыс. рейдов по всей республике, нацеленных на оздоровление криминогенной обстановки.

Результаты данной спецоперации показательны: ликвидирована деятельность 18 организованных преступных группировок. Еще в отношении 51 криминальной группы, уличенной в совершении различных преступлений, применены жесткие процессуальные меры.

Особую тревогу вызывает объем изъятого арсенала, наглядно демонстрирующий степень угрозы: в ходе обысков обнаружены 104 единицы огнестрельного оружия, около тысячи боеприпасов и 1,5 кг взрывчатых веществ. Существенный удар нанесен и по наркотрафику: из незаконного оборота изъято 123 кг наркотических средств и 57 тыс. единиц психотропных и сильнодействующих препаратов, что позволило перекрыть значимые каналы финансирования криминала.

С чистого листа

В этой ситуации невольно напрашиваются ассоциации с великим китайским соседом, где практически синхронно с узбекскими событиями начались чистки в рядах высшего военного командования. И все же природа этих процессов различна. В узбекском случае сработал классический закон перехода количества в качество: системные проблемы и скрытое недовольство копились годами, пока ситуация не потребовала радикального разрешения.

Не последнюю роль играет и налаженная обратная связь. Через старшую дочь президента — руководителя администрации главы государства Саиду Мирзиёеву, которая активно взаимодействует с блогерами и общественниками, — «пульс улицы» доходит до главы государства без искажений и чиновничьих фильтров. Наглядным подтверждением эффективности данного канала стали последние оперативные решения по экологии столицы: от жесткой борьбы с незаконным отоплением теплиц до масштабного озеленения района Чиланзар.

Кроме того, в происходящем есть своя магия цифр: к концу года исполнится 10 лет с момента, как Мирзиёев возглавил республику, и этот рубеж подталкивает власть к началу нового этапа с чистого листа — через обновление системы и избавление от накопившегося балласта, тормозящего реформы.

При этом нельзя сказать, что президент не видел проблему раньше. Он регулярно и публично отчитывал чиновников за саботаж и нерадивость, но такие разборы долго воспринимались как ритуал «для камеры».

Происходящее сегодня можно считать первым звонком и серьезным предупреждением для всего аппарата. Мирзиёев демонстрирует готовность идти на непопулярные и болезненные шаги. В Узбекистане нередко иронично замечают: «Служебных романов не бывает — все вокруг родственники». В условиях плотных клановых связей, особенно на высших постах, решения об арестах и отставках даются крайне тяжело. Тем не менее президент пошел на этот риск, и за такую решительность ему стоит отдать должное.

Надолго ли хватит запала?

Информационная лента уже наполняется сообщениями о новых задержаниях. Вот свежий пример: СМИ активно тиражируют видеокадры, на которых оперативники службы государственной безопасности (СГБ) задерживают заместителя директора госпредприятия «Единая служба заказчика» Ташкентской области. Схема оказалась классической: чиновник решил монетизировать свои полномочия, вымогая взятки у подрядчиков под угрозой блокировки выплат и судебных исков.

Журналисты подхватили волну и оперативно реагируют на каждый такой случай. Но главный вопрос остается открытым: надолго ли хватит этого запала? Глядя на эти кадры, ведь невольно вспоминаешь старый советский анекдот про сантехника: здесь уже недостаточно менять краны — менять нужно всю систему. Иначе нынешняя кампанейщина неизбежно сойдет на нет, а на смену громким задержаниям снова придет привычное равнодушие аппарата и тихое возвращение старых схем.