На химическом заводе им. Карпова в Менделеевске осталось не более сотни сотрудников, тогда как в лучшие времена там работали почти 400 человек. Причина, как выяснил «БИЗНЕС Online», в остановке основного производства, которое не приносит ничего, кроме убытков. Собственники надеются реанимировать завод, на котором трудился сам Дмитрий Менделеев, — при помощи нового «электролизного» проекта стоимостью 3 млрд рублей. Он позволит производить хлор, которого пока нет в Татарстане, а также поможет снять с завода сырьевое «содовое проклятье». В чем причина кризиса старейшего предприятия РТ, при чем тут китайцы и «отжатый» у башкир БСК — в нашем материале.
Как стало известно «БИЗНЕС Online», в АО «Химический завод им. Л.Я. Карпова» прошло массовое сокращение и увольнение сотрудников
«Качество было разы лучше, чем в Китае, но у китайцев в разы дешевле»
Нелегкие времена переживает один из старейших заводов химической промышленности в России — АО «Химический завод им. Л.Я. Карпова». Как стало известно «БИЗНЕС Online», на предприятии прошло массовое сокращение и увольнение сотрудников. Если в 2021 году там трудились 388 человек, то в январе 2026-го на заводе остались только 260 работников. На данный же момент коллектив компании насчитывает не более сотни человек.
Под сокращение попали 40 сотрудников, сами «разбежались» еще около 120 человек, уточнил в беседе с корреспондентом «БИЗНЕС Online» исполнительный директор предприятия Марат Шамсин. По Менделеевскому району это якобы сильно не ударило — на химзаводе в основном работали вахтовики из Кирово-Чепецка и Удмуртии. «Потому что здесь благодаря ОЭЗ „Алабуга“ мы не могли набрать людей», — рассказал Шамсин «БИЗНЕС Online». Также многие ушли работать на завод «Аммоний», добавляют наши источники, живущие в Менделеевске.
Как пояснил нашей газете глава Менделеевского района Роберт Искандаров, с января 2026 года в бессрочный отпуск отправились 40 сотрудников. Они получали 2/3 от заработной платы. Для тех, кто нуждался в работе, администрация помогла найти рабочие места. В конце 2025-го на заводе был ликвидирован даже профком, созданный четверть века назад.
Марат Шамсин: «Здесь благодаря ОЭЗ «Алабуга» мы не могли набрать людей»
Почему люди бегут с завода, «БИЗНЕС Online» на условиях анонимности рассказала Анна (имя изменено), которая работала на предприятии около года назад. Говорит, что, хотя зарплата «на Карпова» была хорошая — свыше 100 тыс. рублей, условия работы, мягко говоря, неважные. «Зимой там окон нет (выбиты), трубопроводы лопнули, холодно, внизу сырость», — ужасается бывшая сотрудница.
Второй минус — это большая нагрузка. «Например, аппаратчик мог в смену за троих работать. Соответственно, молодежь, нагрузка большая, они пришли домой, выпили, на следующий день не пришли — и вот эта канитель», — вспоминает Анна. Сейчас, по ее словам, на заводе трудятся в основном вахтовики — «кирово-чепецкая молодежь»: «Они работают по две недели и неделю дома. Такой вот график у них. Как люди там работают? Я удивляюсь».
Из-за того что оборудование сильно изношено, много сырья уходило «в утиль». «То есть мы ее (соды — прим. ред.) тратили очень много. Много брака было», — сетует женщина.
«Они работают по две недели и неделю дома. Такой вот график у них. Как люди там работают? Я удивляюсь»
С ней спорит Иван, ранее трудившийся на производстве сульфитных солей. Мол, хотя оборудование на заводе и старое, но для химического предприятия это нормально, ведь «химия все съедает», так и оборудование необходимо весьма специфическое. Он вспоминает, что вся продукция завода уходила на ура, на складах ничего не залеживалось: «Когда у нас работало пять цехов, мы по отчетам-то шли неплохо, даже с прибылью»
«Качество у нас вообще было хорошее. Китай также выпускал, но у них он (продукт — прим. ред.) был технический, а у нас более чистый. Качество было в разы лучше, чем в Китае, но у китайцев в разы дешевле», — комментирует собеседник, добавляя, что конкурировать с китайцами все-таки удавалось.
Производимая на заводе им. Карпова продукция была весьма востребована на рынке, а часть ассортимента не производится больше нигде в России. Например, сульфат бария, который «сейчас вообще нигде не достать». «У меня вот мама столкнулась, хотела рентген кишечника делать, а нет нигде бария. Его раньше у нас делали, упаковывали в стаканчики наподобие йогурта, потом смешивали с водой, выпивали и делали рентген», — говорит Анна.
Производимая на заводе им. Карпова продукция была весьма востребована на рынке, а часть ассортимента не производится больше нигде в России
«Было принято решение убыточные производства приостановить»
О том, что на заводе им. Карпова большие проблемы, в публичном пространстве озвучил генеральный директор «Татнефтехиминвест-холдинга» (ТНХИ-Х) Рафинат Яруллин. На заседании совета директоров ТНХИ-Х в январе 2026-го он отметил, что химзавод им. Карпова закончил 2025 год с убытком. Выпуск на менделеевском предприятии снижен на 40% относительно 2024-го. Это самая значительная просадка среди всех названных на заседании предприятий. Рост реализации удалось обеспечить только по фармакологической продукции, добавил Яруллин.
О том, что на заводе им. Карпова большие проблемы, в публичном пространстве озвучил генеральный директор «Татнефтехиминвест-холдинга» Рафинат Яруллин
Как Шамсин пояснил «БИЗНЕС Online», последние два года завод заканчивает с убытками: в 2024-м — минус 10 млн рублей, в 2025-м — минус 100 млн рублей. В прошлом предприятие также не могло похвастать прибылями. Согласно базе «Контур.Фокус», в 2020 году чистый убыток компании составил 113,6 млн рублей, в 2021-м — убыток 40 млн рублей, в 2022-м — прибыль 75 млн рублей, в 2023-м — снова убыток в 6,3 млн рублей.
Что касается выручки, то она постепенно росла — с 690 млн в 2020-м до 1,3 млрд рублей в 2022–2023 годы.
Химзавод им. Карпова существует с 1868 года
Химзавод им. Карпова существует с 1868 года, тогда он назывался Бондюжским химическим заводом. В конце XIX века здесь трудился химик Дмитрий Менделеев. В хорошие времена на предприятии производилось до 30 наименований продукции неорганической химии, часть из которых используется для оборонных нужд. Химзавод являлся единственным в РФ производителем ряда фармацевтических субстанций: натрия тиосульфата, магния сульфата, кальция хлорида.
Однако производство основной продукции по целому ряду причин (подробнее о них расскажем ниже) стало нерентабельным, в связи с чем оно было заморожено. «Чтобы не содержать все это, принято решение убыточные производства приостановить. Приостановить — это не значит, что закрыть», — объясняет Шамсин.
Валерий Самилов заверил корреспондента «БИЗНЕС Online», что полностью останавливать работу завода никто не собирается, но убыточные производства на его территории действительно ликвидируются
Но сегодня, по словам исполнительного директора завода, ассортимент сильно упал. Предприятие производит только фармакопейные (т. е. фармакологические) субстанции: сульфат магния, хлорид кальция и тиосульфат натрия, а также реактивный сульфат магния и удобрения. «То, что производили раньше, пока не производим», — рассказал Шамсин. Но он не исключает, что в будущем замороженное производство будет возобновлено, когда у предприятия появится «свое» сырье — каустическая сода.
Дмитрий Стрежнев
Член совета директоров АО «Химический завод им. Л.Я. Карпова» Валерий Самилов также заверил корреспондента «БИЗНЕС Online», что полностью останавливать работу предприятия никто не собирается, но убыточные производства на его территории действительно ликвидируются. В то же время будут построены новые производства. «А вы позвоните на КАМАЗ, на АвтоВАЗ, на любой другой завод, спросите, почему останавливаются производства. У нас идентичная ситуация. Не выдерживаем конкуренцию с китайцами!» — подчеркнул Самилов.
По данным системы «Контур.Фокус», завод на 31,3% принадлежит ООО «Эн-Хим» (стопроцентный собственник последнего — Валерий Самилов) и на 52,5% — московскому ООО «Джиэсэм Кемикэл».
ООО «Джиэсэм Кемикэл» в свою очередь владеют 6 человек. На 50% компания принадлежит Дмитрию Стрежневу (через ООО «Мидстрим»). Также совладельцами фирмы являются Михаил Генкин (30%), Дмитрий Болдырев (7%), Денис Крылов (5%), Дмитрий Барменков (4,67%) и Сергей Швецов (3,33%).
С 2023 года предприятие управляется через ООО «Мидстрим» Стрежнева, исполнительный директор химзавода им. Карпова — Марат Шамсин.
Стрежнев — бывший совладелец 10% производителя минеральных удобрений — группы «Еврохим», в 2019 году продал свои акции за $785 миллионов. Как пишет Forbes, его состояние в 2021-м оценивалось в $750 млн, он занимал 167-е место в числе самых богатых людей страны. Примечательная деталь — в студенческие годы бизнесмен жил в общежитии МГУ в одной комнате с Олегом Дерипаской. В феврале 2020 года Объединенная машиностроительная группа Стрежнева купила активы группы «ГАЗ» в сфере производства грузовой, дорожно-строительной и спецтехники. В марте 2021-го бизнесмен стал владельцем 50% ООО «Джиэсэм Кемикэл», которое занимается химическими технологиями.
Ранее компания «Джиэсэм Кемикэл» заявляла о планах построить в Менделеевске производство поваренной соли мощностью 80 тыс. т соли в год, проект оценивался в 330 млн рублей. Также фирма Стрежнева хотела построить в Менделеевске завод по производству удобрений и азотных соединений (мощностью от 20 тыс. т в год) стоимостью 200 млн рублей. На большие обороты предприятия пока не вышли: ООО «Менделеевский химический завод» (производитель соли) окончило 2024 год с выручкой в 4,1 млн рублей, а ООО «Джиэсэм Кемикэл-Удобрение» — в 18 млн рублей.
Менделеевский завод на грани краха: три причины убытков
Что же привело к кризису старейшего предприятия Татарстана, который дал основу всей химической промышленности республики? Первый фактор — действительно, нашествие китайских производителей на рынок. Этому способствовало укрепление курса рубля. С начала 2025 года рубль укрепился в среднем на 10% по сравнению с 2024-м. Сильная национальная валюта бьет по экспортерам и, наоборот, стимулирует импорт. Бизнесу стало выгоднее покупать химикаты в КНР.
«Что произошло? Продажи упали, перебил нас Китай, потому что себестоимость сырья у нас выше, чем у Поднебесной. Стоимость энергоресурсов выше, чем у КНР. Транспортные [расходы] выше, чем у Китая», — негодует Шамсин в беседе с нашим корреспондентом. Раньше 95% внутреннего рынка химических реактивов и реагентов было обеспечено отечественным сырьем, 5% приходилось на КНР. С 2024 года ситуация зеркально поменялась, сетует он.
Китайские производители предлагают цены на 20% ниже, чем российские. Этот факт предопределил судьбу менделеевского химзавода. Предприятие попало в ценовую вилку, когда себестоимость производства в РФ выросла, а азиаты задавили рынок дешевизной, подтвердил нам заведующий технологической лабораторией ИОФХ им. Арбузова КазНЦ РАН Василий Милюков. «В Китае государство субсидируют производства, направленные на экспорт. За счет этого многие позиции действительно у них дешевле. Так что России надо принимать меры по защите своего рынка», — уверен эксперт.
![«Себестоимость сырья у нас выше, чем у Поднебесной. Стоимость энергоресурсов выше, чем у КНР. Транспортные [расходы] выше, чем у Китая»](https://stcdn.business-online.ru/v2/26-02-26/79747/bophotos-361820-2.jpg "«Себестоимость сырья у нас выше, чем у Поднебесной. Стоимость энергоресурсов выше, чем у КНР. Транспортные [расходы] выше, чем у Китая»")
«Себестоимость сырья у нас выше, чем у Поднебесной. Стоимость энергоресурсов выше, чем у КНР. Транспортные [расходы] выше, чем у Китая»
К слову, по данным Росстата, в 2024 году импорт химической продукции из РФ снизился на 4% до $53,5 миллиарда. В 2025-м, наоборот, зафиксирован рост импорта продукции химпрома на 3,8% до $55,5 миллиарда.
Второй фактор, который больно ударил по химзаводу, — рост цен на соду. Это ключевое сырье для большинства наименований продукции менделеевцев. Проблема с ней возникла еще в 2020-м — в годовом отчете предприятия сообщается, что менеджмент решил перейти с кальцинированной соды на каустическую — ради уменьшения затрат на производство продукции.
«Каустическая сода — это едкий натр (сильная щелочь — прим. ред.), а кальцинированная сода — это обычная сода, просто без ассоциированных молекул воды. Как правило, получение кальцинированной соды дороже, потому что единственный способ удаления воды из нее — это ее нагрев, то есть идут большие траты электричества или тепловой энергии. Удешевление идет за счет упрощения технологического процесса», — пояснил нам один из экспертов.
Ухищрения с переходом с одной соды на другую помогали недолго. Ситуацию усугубила монополизация рынка. Два крупнейших производителя этого продукта в стране — АО «Крымский содовый завод» и АО «Башкирская содовая компания» (БСК). Первое предприятие находится под управлением АО «Росхим» с 2022 года, второе — с 2023-го. Холдинг на 100% принадлежит ООО УК «Финансовый партнер», которое записано на Алексея Сорокина. До сентября компания была записана на ООО «УК „Фин-Партнер“» (94% — собственность Сорокина, 6% — Марии Лукьяновой). Несмотря на такую цепочку владения, СМИ связывают «Росхим» с крупными бизнесменами Аркадием и Борисом Ротенбергами. Напомним, спецоперация по «отжатию» одного из крупнейших предприятий Башкортостана стартовала в 2020-м через пересмотр итогов приватизации и сопровождалась многочисленными скандалами. Итог был ожидаемым.
«Все предприятия, которые производят соду, сейчас под „Росхимом“, Ротенбергами… Если в 2024-м тонна соды стоила 19 тысяч рублей, то в 2025-м — 31 тысячу рублей (рост на 63% — прим. ред.). При этом в Китае она стоит 13 тысяч рублей!» — привел цифры Шамсин.
Это подтверждает ведущий эксперт УК «Финам Менеджмент» Дмитрий Баранов. По его данным, цены на кальцинированную соду в РФ выросли с 2024-го на 20–30% (с порядка 20–22 тыс. рублей за тонну до 26–32 тыс. рублей за тонну в 2025–2026 годах) «из-за роста энергозатрат, инфляции и снижения мощностей».
Интересно, что ФАС уже, что называется, не имеет управы на производителей соды. Согласно закону «О защите конкуренции», на договоренности между компаниями, входящими в одну группу лиц, не распространяются запреты на картельные соглашения. Все участники группы лиц представляют собой единый экономический интерес, следовательно, они не могут конкурировать друг с другом в классическом смысле, а их внутренние договоренности не являются картелем. Фактически это означает, что такие группы компаний могут устанавливать практически любую цену на свою продукцию независимо от доли рынка.
Сейчас на заводе работают только цеха по производству фармакопейных субстанций и удобрений
Завод держится на магнии. Надолго ли хватит?
Наконец, третья причина убытков — банальное снижение спроса. Потребители продукции химзавода им. Карпова сами сокращают выпуск собственных изделий и, следовательно, меньше закупают сырье и реагенты, указал Баранов. Продукция завода востребована в очень широком спектре отраслей (нефтегазовая промышленность, металлургия, электротехника, стройка, сельское хозяйство и т. д.), что делает его уязвимым к спаду в любой из них.
Есть специфика по отдельным продуктам. Например, тиосульфат натрия и сульфит натрия (на них в 2020 году пришлось 50% продаж химзавода) самые разные отрасли промышленности используют как восстановители. По сути, это продукты для дальнейшего передела. «В стране нет больших и длинных производственных цепочек. Практически все мы закупаем. То есть если мы закупаем конечный продукт, нам не нужны компоненты, из которых он производится, поэтому нет такой большой потребности [в восстановителях]», — рассказал «БИЗНЕС Online» директор Института органической химии им. Зелинского РАН Александр Терентьев.
Те же продукты можно использовать в пищевой промышленности. Не исключено, что из-за ужесточения требований (тех же ГОСТов) выпускаемая на химзаводе продукция перестала им соответствовать, говорят собеседники в отрасли.
Как мы уже писали выше, сейчас на заводе работают только цеха по производству фармакопейных субстанций и удобрений. Но почему? У того же сульфата магния другая сырьевая база, его производство не требует соды. Вещество получают из природных минералов и отходов других производств с помощью серной кислоты. Кроме того, он является базовым удобрением для томатов и огурцов, находит широкий спрос в косметической промышленности. Самое важное, что для практического применения сульфата магния не требуется удаление из его состава воды, что в значительной мере удешевляет его производство.
Эта неорганическая соль издавна применялась в фармацевтике для снятия нервных расстройств и тревожности. Но и этот рынок может сузиться, предупреждает Милюков из ИОФХ им. Арбузова. «Сейчас в фармацевтике идет отток к органическим солям. Например, оротату магния. Там биодоступность магния становится выше», — указал эксперты. Простыми словами, терапевтический эффект от препарата лучше с использованием органического сырья.
Новое производство нацелено на выпуск 26,3 тыс. т соляной кислоты (или 8,8 тыс. т хлора), 10 тыс. т каустика и 2,5 тыс. т гипохлорита натрия
Все на электролиз: «Рафинат Саматович прямо грезит этим хлором»
Чтобы выйти из кризиса, завод еще в 2024-м затеял новый инвестпроект «Электролиз». Новое производство нацелено на выпуск 26,3 тыс. т соляной кислоты (или 8,8 тыс. т хлора), 10 тыс. т каустика и 2,5 тыс. т гипохлорита натрия. Инвестиции в новый проект составят 3 млрд рублей — 1,3 млрд из них выделил фонд развития промышленности, оставшуюся часть (1,7 млрд рублей) профинансируют акционеры из собственных средств.
Оборудование для нового производства разрабатывает, по иронии, китайская компания Ancan. Ожидается, что ближе к середине лета оно приедет в Менделеевск. Установка по получению соляной кислоты и щелочи из электролизного хлора будет размещена во вновь построенном современном здании на верхней площадке, недалеко от внутренних потребителей продукции.
Реализация проекта была запущена в январе 2025 года, в сентябре 2026-го ожидается поставка оборудования, ввод в эксплуатацию запланирован 31 декабря 2026-го.
«Мы приняли решение, что бросим все денежные силы на строительство нового проекта, который обеспечит нас своим сырьем. Это такой продукт, который из Китая не поедет. Мы делаем собственную сырьевую базу, — рассказал Шамсин „БИЗНЕС Online“. — Во-первых, есть сбыт. Во-вторых, мы сами себя обеспечиваем сырьевой базой, которой у нас никогда не имелось, поэтому у нас будет своя себестоимость, свое сырье и, соответственно, мы сможем дальше развиваться».
Как будет работать установка? Если упрощенно, то это герметичный сосуд с раствором хлорида натрия (вода, смешанная с обычной поваренной солью). Туда физически опускают два электрода, которые разделены газонепроницаемой мембраной. На них подается напряжение. На аноде образуется молекулярный хлор, на катоде — щелочь. Дальнейшие химические реакции позволяют получить тот самый каустик, соляную кислоту и гипохлорит натрия.
«Основной компонент электролизера — это мембрана. Она должна быть проницаемой для катионов (положительно заряженные ионы — прим. ред.) и непроницаемой для газов. Эта самая дорогостоящая часть конструкции. Электроды не очень дорогие, но они изнашиваются, нужно их периодически менять, это расходный материал», — пояснил нам Милюков. Но самый большой плюс технологии — в избыточности сырья. Большой объем поваренной соли производится как раз в ПФО — в Башкортостане, Оренбургской и Пермской областях.
А что насчет безопасности? Все-таки хлор в чистом виде довольно токсичен. «Степень безопасности по отношению к экологии и охране труда зависит от нескольких факторов. Это сама установка и материалы, из которых она сделана, подготовка операторов и технологической карты. 95 процентов всех аварий на производстве [хлора] произошли из-за несоблюдения технического процесса и инструкций, написанных инженерами и проектировщиками», — наставляет один из собеседников. Проект, по словам химиков, должен предусматривать специальные требования к материалам, устройствам, оснащению и вентиляции.
«Проект электролиза открывает новые возможности. У нас появляется хлор — он очень важен в химической промышленности, является одним из основных элементов. Рустам Нургалиевич Минниханов (раис РТ — прим. ред.) знает о хлоре, что он нужен. Рафинат Саматович Яруллин (гендиректор АО „Татнефтехиминвест-холдинг“ — прим. ред.) прямо грезит этим хлором», — рассказывает Шамсин.
Действительно, производство хлора — чуть ли не идея фикс аксакала татарстанской нефтехимии. На заседаниях ТНХИ-Х неоднократно обсуждались проекты в этой области, но ни один из них пока не взлетел. Между тем дальнейшее развитие малотоннажной химии без хлорного производства будет сложным, предупреждал Яруллин еще в 2022-м. Как такового дефицита данного сырья нет. Хлор производят волгоградский «Каустик», БСК, «Саянскхимпласт» и др. Но продукта нужно больше, чтобы развивать цепочки дальнейшего передела. По данным экспертов, хлора нужно примерно в 5 раз больше, чем сейчас производится в России. Возможно, первое производство хлора в Татарстане хоть немного закроет этот пробел?..
Удастся ли возродить старую «химию»?
Но и это не все плюсы. Ожидается, что запуск проекта электролиза, благодаря которому появится свое сырье — каустическая сода, позволит возобновить на заводе ключевое производство сульфита натрия и тиосульфата натрия.
Часть продукции, по словам Шамсина, завод сможет даже продавать сторонним потребителям. «Рынок сбыта [проекта электролиза] — на 100 процентов. Татарстан. Это „Татнефть“, ТАИФ, СИБУР. Полностью весь объем станет расходиться по республике, даже будет немножко не хватать», — заверил нас исполнительный директор предприятия.
Соляная кислота и гипохлорит натрия относятся к базовой химии — практически нет отраслей химпрома, где бы они ни использовались. Гипохлорит натрия — это в первую очередь чрезвычайно эффективный и дешевый антисептик для поверхности воды. Он применяется при дезинфекции оборудования (трубопроводов, емкостей) на водоканалах, молокозаводах, мясокомбинатах, пивоварнях. Его растворы используются для мытья и обеззараживания яиц, фруктов и овощей (в очень низких концентрациях с последующим смывом).
«Гипохлорит натрия входит в состав антисептических средств. Мы все видели, что во время пандемии коронавируса они все пропали с прилавков. Все [планируемые к производству] вещества будут очень востребованы», — рассказала «БИЗНЕС Online» завкафедрой органической химии Кабардино-Балкарского государственного университета Светлана Хаширова.
Что касается соляной кислоты, она применяется в металлургии для выделения металлов из руды. Нефтяники используют ее для обработки скважин, нефтехимики — для получения винилхлорида и хлорметалла (сырье для ПВХ, каучуков). В пищевке соляная кислота используется при производстве глюкозы и патоки.
Каустик (гидроксид натрия, каустическая сода) может использоваться в химической и нефтехимической промышленности, целлюлозно-бумажной, текстильной промышленности, пищевой промышленности, а также для водоподготовки в котельных. Кроме того, каустик — это сырье для дальнейшей продукции завода — сульфита натрия и тиосульфата натрия.
«Все три продукта (соляная кислота, гипохлорит натрия и каустик — прим. ред.) имеют огромный и диверсифицированный внешний рынок сбыта, что обеспечит предприятию независимый доход. Это ориентировочно 5–7 миллиардов рублей в год при полной загрузке», — оптимистично оценивает планы эксперт «Финам Менеджмент».
Любопытно, что в ходе отчетной сессии в Менделеевске на обозрение гостей был представлен «паспорт» «электролизного» проекта. NPV составит 5 млрд рублей, IRR — 21%, EBITDA — 550 млн рублей в год. Окупаемость — почти 9 лет, на производстве будут задействованы 34 сотрудника. Новое производство станет генерировать 200 млн рублей в виде налогов.
Шамсин уверен, что химзавод им. Карпова в этом году «ударно поработает» за счет нового проекта, а с 2027-го возобновится производство продукции прежнего ассортимента. «По объемам выручки в 2026–2027 годах пока ожиданий нет. Нам бы хотя бы в ноль выйти. Пока ужато, сами понимаете», — объяснил исполнительный директор.
***
У экспертов пока сдержанный оптимизм по поводу нового проекта предприятия. Милюков обращает внимание на устаревшее оборудование на химзаводе. Мол, строительство одной установки не решит проблему, необходимо полностью модернизировать производство. «Не бывает одной чудесной таблетки. Все равно это обычно комплекс проблем, нужен комплекс решений, чтобы переломить ситуацию. Одним только сырьем все равно не вывезешь…» — считает химик.
Любопытно, что бывшая работница химзавода Анна также не особо верит в успех нового «электролизного» производства. Говорит, что у руководства давно была идея фикс — производство собственного сырья. На заводе даже проводили ряд опытов по производству соды, но качество продукта получилось плохое. Впрочем, тогда речь шла об экспериментах на старом изношенном оборудовании, возможно, новое китайское поможет снять с завода «сырьевое проклятие».
Комментарии 37
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.