Километры оптоволокна, Wi-Fi-мосты и тарелки: как живет СВО без Starlink и что будет без «Телеграма»

Starlink с 2022 года был едва ли не главным интернет-соединением в войсках, причем по большей части украинских Фото: © Cfoto / Keystone Press Agency / www.globallookpress.com

Зачем был нужен Starlink

4 февраля стало известно, что все терминалы Starlink на территории СВО были заблокированы. Согласно открытым данным, это более 500 тыс. тарелок спутникового интернета Илона Маска. Starlink с 2022 года был едва ли не главным интернет-соединением в войсках, причем по большей части украинских. У нас Starlink массово стал появляться на фронте в 2023-м, в основном силами волонтеров. В чем было его преимущество? Можно было просто развернуть терминал размером с кухонную доску и пользоваться интернетом.

Особенно он был востребован во времена серьезного продвижения наших войск на южнодонецком, покровском, константиновском, северском, запорожском и других направлениях, где в освобожденных населенных пунктах не было вышек связи и пр. Отстраивались «районы» — пункты временной дислокации, пункты управления, штабы и др. И довести картинку с поля боя до этих мест помогал именно Starlink, который стал разворачиваться прямо в окопах и блиндажах на «передке».

Конечно, без Starlink и раньше справлялись радиосвязью, но он облегчил работу, не надо было на слух воспринимать картинку, отмечая флажками на картах метки «свой-чужой», можно было видеть это все воочию на больших мониторах и тут же руководить действиями солдат. Starlink также помогал подразделениям оперативно связываться с «большой землей» через мессенджеры, которые грозились запретить. Тот же «Телеграм» подвергся замедлению, но в зоне СВО этого делать не стали. Хотя «большие люди» и говорили: «Представить себе, что военные общаются через „Телегу“, невообразимо».

РЭБ

Оказалось, что вообразимо. Возьмем, к примеру, два подразделения: штаб и пункт управления на «передке», которые могут находиться во многих десятках километров друг от друга. Рации, работающие без ретрансляторов, пробивают сигнал лишь на несколько километров. Более серьезные рации добьют сигналом до нужной точки, но в условиях работы средств радиоэлектронной борьбы, глушилок, радаров ПВО и других помех сигнал будет практически неотличим от «белого шума». Тянуть проводную связь на 100 км можно, но любой, кто переедет на мотоцикле или машине провод, умножит на ноль всю проделанную связистами работу. Копать траншеи на «передок», когда в небе кружат сотни, а то и тысячи дронов-камикадзе на направлении, — идея не из лучших: связистов все-таки надо беречь. И сколько времени это займет? В то же время можно написать одно сообщение в мессенджере, и оно дойдет до адресата менее чем за секунду. Но опять же для этого нужен интернет, а самый лучший вариант был нивелирован Маском.

Рации, работающие без ретрансляторов, пробивают сигнал лишь на несколько километров. Более серьезные рации добьют сигналом до нужной точки, но в условиях работы средств радиоэлектронной борьбы, глушилок, радаров ПВО и других помех сигнал будет практически неотличим от «белого шума»

Причем все настолько привыкли к простоте и доступности Starlink, что позабыли о производстве своего аналога. Лишь сейчас, после отключения, в космос планируют направить свои спутники. Но как же прожили целый месяц без Starlink наши войска? Многие военблогеры с пеной у рта писали, что это грозит крахом операций, что операторы БПЛА не смогут летать, а замедление «Телеграма» вовсе уронит работу всей армии. Но Вооруженные силы РФ продолжили наступать, операторы БПЛА уничтожают живую силу и технику врага, а картинка в штабах так же показывает поле боя в прямом эфире. В чем же тогда была проблема? Военкор «БИЗНЕС Online» Станислав Шемелов в конце февраля посетил несколько подразделений, работающих на самых горячих направлениях фронта, и посмотрел, как налажена связь.

Тянуть проводную связь на 100 км можно, но любой, кто переедет на мотоцикле или машине провод, умножит на ноль всю проделанную связистами работу

Насколько важен фронту «Телеграм»?

В преддверии Международного женского дня президент России Владимир Путин встретился с военнослужащими-женщинами. В разговоре с подполковником ВКС, командиром батальона Ириной Годуновой он обсудил обеспечение связи в зоне СВО. «Есть и другие вопросы, связанные с обеспечением связи, есть и то, чем противник пользуется до сих пор, пока мы использовали соответствующие технические возможности, которые напрямую нам не принадлежали. Как сейчас, по вашему мнению, налажена связь? И что еще нужно сделать, чтобы она работала безупречно?» — обратился Путин к Годуновой.

Она в ответ отметила, что сейчас был поднят вопрос по блокировке «Телеграма»: «Это такой вражеский вид связи». Она также добавила, что спецсвязь в зоне боевых действий организована отлично. «Вы тоже согласны с мнением, что использование тех систем связи, которые не являются нашими, неподконтрольные, представляют опасность для личного состава?» — уточнил президент. Подполковник ВКС ответила утвердительно.

Первые звоночки о замедлении «Телеграма» поступили еще в 2024 году, когда в «старых» регионах страны перестали работать аудио- и видеозвонки в мессенджере. Его более старый аналог зеленого цвета давно потерял свою актуальность, тем более что платформа, владеющая им, была признана экстремистской. Еще этот «зеленый мессенджер» пеленговался. Наши бойцы из группировки «Север» даже специально проверяли это: только заходили с трех телефонов в него, как тут же в них летел снаряд. С «Телегой» такого не было.

В зоне СВО при этом «Телеграм» работал лучше прежнего: не надо было никаких VPN, чтобы позвонить по видео. Тем более что интернет был везде, опять же те же терминалы Starlink появились едва ли не в каждом блиндаже.

Одной из самых первых точек посещения для нас стало подразделение созданной не так давно армии Центрального военного округа. Еще на стадии согласования места встречи у нас с бойцами возникли проблемы: у солдат был очень медленный интернет, который не позволял выгрузить скриншот с карты, где была отмечена точка

Так и в этот раз после новостей о замедлении «Телеграм» в регионах зоны проведения СВО работал безотказно. Единственное — интернет. Одной из самых первых точек посещения для нас стало подразделение созданной не так давно армии Центрального военного округа. Еще на стадии согласования места встречи у нас с бойцами возникли проблемы: у солдат был очень медленный интернет, который не позволял выгрузить скриншот с карты, где была отмечена точка. Пришлось на слух ориентироваться, куда ехать. И бойцы крайне редко выходили на связь. По их словам, после отключения Starlink интернет в их подразделении остался только в штабе. «Ничего не можем сделать. Чтобы ответить вам, нам надо пройти 15 километров до штаба!» — объяснялись они.

Подразделение находилось в так называемой красной зоне — закрытой для простых смертных передовой территории СВО. Интернета у них постоянного не было, мобильной связи тоже (ее вообще нет в прифронтовых населенных пунктах). В итоге в день встречи у нас были лишь три предполагаемые точки и время встречи, а также частоты рации Baofeng наших товарищей, сигнал которой едва пробивает километр. Проехав под 20 км по всем прифронтовым лесам и расположениям (мы оказались не простыми смертными) по трем назначенным точкам, потеряв уйму времени, мы так и не нашли адресатов. Как выяснилось позже, у ребят случился форс-мажор, о котором они не смогли нам сообщить ввиду отсутствия дальнобойной связи. Но это наш частный случай и наши проблемы. Между собой бойцы на том же «передке» спокойно общаются по рациям. Вот только с большим миром связь отсутствует.

Интернет длиною в кабель

Расстроившись, что вся дорога через подразделения на СВО будет такой же, мы поехали назад. Но, как оказалось, проблема со связью на северском направлении была только у этой бригады. После «падения» Starlink там просто не успели наладить альтернативную связь. К примеру, по соседству находилось расположение бригады, штабом которой командует гвардии полковник Герой России Раиль Габдрахманов. Там интернет и все остальное работают как часы. Дело в том, что связисты давно продумали все варианты событий.

«Всегда должны быть резервные потоки связи. Сейчас, например, наши связисты планируют сделать свое автономное покрытие», — объясняет Габдрахманов. Условно, в расположение было проведено оптоволокно под землей от ближайшего населенного пункта. Откуда уже посредством Wi-Fi-мостов (роутеров, соединенных между собой беспроводной связью) интернет был проведен по всем расположениям.

Wi-Fi-мост (слева наверху)

Конечно, скорость такого интернета уступает Starlink, но все успешно работает. На передовой то же самое. Кабель прокладывается под землей, по деревьям, траншеям, защищается трубами до определенной точки, откуда уже по линии боевого соприкосновения проложены мосты. Причем не надо каких-то специальных связистов. Каждая рота налаживает свою интернет-связь себе. Единственные, кто выделяется, — это разведчики и операторы БПЛА, которые тянут к себе свой интернет, чтобы никто не мог зайти в их поток и украсть информацию. А картинку с поля боя с коптеров они спокойно передают в штаб по своей линии интернета. «Это после отключения Starlink проложили?» — задаем мы логичный вопрос. «Нет, это все уже давно было сделано», — говорит нам командир.

Далее мы направились в группировку «Бахмут», где проблем с интернет-соединением на «передке» также не оказалось. Да, местами такой связи нет, и передать с ЛБС в тыл какое-то важное сообщение можно только через сеть радиосоединений. Но и тут бойцы умудряются находить хитрости. К примеру, в районе действия остались вышки сотовой связи, которые поддерживают 3g и LTE. От них можно провести кабель и спокойно пользоваться интернетом. Кто-то находит местные симки и пользуется телефоном. Они не так пеленгуются, как российские симки, но риск все равно есть.

«Многие на позициях находятся на связи через усилители. Есть старые миниатюрные усилители мобильной связи, куда вставляется сим-карта, и появляется Wi-Fi. В моем взводе был боец, который просто подбрасывал телефон наверх, загружая сообщения. Потом снова подбрасывал, смотрел, что ему ответили», — говорит нам боец с позывным «Данон».

Комната с Wi-Fi-мостом

Как тянуть интернет и зачем он нужен БПЛА?

В штурмовой бригаде группировки «Центр», которая ведет бои на покровском направлении, нам рассказывают, что, как только «лег» Starlink, связисты за день нашли вышку и протянули от нее оптоволокно. Дело в том, что порой расположения бойцов находятся далеко от населенных пунктов с интернетом и проще протянуть оптоволокно опять же от вышек связи, которые передают интернет. Они обычно размещены примерно в 10–20 км друг от друга. Километр такого оптоволоконного кабеля может весить порядка 20 кг и стоить 30 тыс. рублей (цены взяты из интернета). Т. е. за день протянуть оптоволокно вполне реально, что и было сделано. А дальше — Wi-Fi-роутеры-мосты.

Итого, чтобы провести интернет-связь в расположение, нужно около 100 кг оптоволоконного кабеля стоимостью 300 тыс. рублей. А если использовать витую пару, то эти цифры можно разделить на 3. Стоимость терминала Starlink при этом варьировалась в диапазоне от 100 тыс. до 200 тыс. рублей. Сейчас цена упала едва ли не вдвое.

Но ведь у нас есть свой спутниковый интернет и тарелки? Есть. Но если сравнивать его со Starlink, существуют определенные трудности. Во-первых, это размеры. Спутниковая тарелка может достигать 2 м в диаметре, и развернуть ее незаметно для врага не получится. Можно, конечно, это сделать, но тогда стоит заранее нарисовать мишень на ней. Второе — ее очень сложно настроить. Ведь ее мало развернуть, нужно найти нужный угол, чтобы поймать спутник, а затем провести ряд настроек, создав локальную сеть. И опять же от этой тарелки надо проводить мосты-соединения.

Классические FPV летают на радиосигнале

А как же БПЛА? Ведь многие военблогеры твердили, что «летуны» не могут теперь поднять свои «птицы». Могут. Во-первых, в войсках используется очень много БПЛА-камикадзе на оптоволокне. Им интернет не нужен. Классические FPV летают на радиосигнале. Что касается «Мавиков» и других разведдронов, то они летают на своих усилителях. Интернет операторам, повторимся, в основном нужен, чтобы транслировать картинку с коптера на большой экран и в штаб управления. «Герани» и другие дальнобойные БПЛА летают на какой-то своей связи. Для некоторых БПЛА нужен интернет, но и без него как-то умудряются справляться, ставя усилители или аналоги «Инкубаторов» (усилитель сигнала для дронов DJI). Еще есть БПЛА, летящие глубоко в тыл, они использовали Starlink, но после отключения все равно продолжили летать по GPS и радиосоединению.

У ВСУ, казалось бы, должна была возникнуть проблема, ведь их «Бабы-яги» летают исключительно на Starlink. В один момент наши блогеры даже обрадовались этому, но агродроны с минами летают. Дело в том, что терминалы Маска в большей своей части были отключены у ВСУ лишь в серых зонах на линии боевого соприкосновения. Это для БПЛА большей дальности не оказалось проблемой, ведь в них заложены GPS-трекеры и летают они по заданным заранее маршрутам.

***

Конечно, все вышеописанное не сравнится с терминалами Starlink в простоте и удобстве использования, говорят наши эксперты. Войска перешли на кабельный интернет, откинувшись на много лет назад. Это еще и создает определенные сложности, ведь любая мышь может перегрызть незащищенный кабель, что уронит работу интернета всего подразделения. Что уж говорить о прилетах. Взять те же Wi-Fi-мосты. Дело в том, что если будет поврежден хотя бы один роутер, то вся система Wi-Fi-соединения рухнет. Чтобы восстановить ее, нужно время, что может сыграть на руку врагу. Еще и не все подразделения оперативно развернули локальную сеть. Так что Маск действительно создал определенную нервотрепку. Но опять же, может, это подстегнет быстрее запустить свой аналог спутникового интернета, которого у нас почему-то до сих пор нет. А тем блогерам и спикерам, кто говорит, что интернет и мессенджеры на фронте не нужны, стоит напомнить, что мы живем в XXI веке, а говорят они это как раз таки в своих телеграм-каналах и электронных СМИ.