Иногда дорога к большим мечтам проходит через самую обычную деревенскую улицу. Именно там оказываются герои спектакля «Казанские парни» — веселой музыкальной комедии, где песни звучат чаще, чем серьезные разговоры, а юношеская самоуверенность быстро уступает место настоящим чувствам. Айдар Заббаров напоминает зрителям, что порой лучшие истории начинаются тогда, когда все идет не по плану. О том, какими получились городские грезы с деревенской паузой, узнавал корреспондент «БИЗНЕС Online».
Четверо молодых выпускников, будущих инженеров, планируют покорить мир: самоуверенный и самовлюбленный Альфред, мужлан Алмаз, простоватый и неуклюжий Фирдаус и паренек тонкой душевной организации Тукай
Музыкальный вечер с деревенским темпераментом и городскими амбициями
«Я сейчас тоже должен думать о том, чтобы театр зарабатывал деньги. Поэтому надеюсь, что первые два-три моих спектакля как раз займут эту нишу [кассовых спектаклей] и смогут хорошо зарабатывать», — говорил Айдар Заббаров перед назначением главным режиссером театра им Тинчурина. В минувший четверг он выпустил свой третий спектакль, который наконец-то может «сделать кассу». Репертуар театра пополнился «Казан егетләре» («Казанские парни») — музыкальной комедией, в которой молодость звучит как веселая мелодия, а сцена превращается в пестрый татарский праздник. Это легкий, яркий и во многом ностальгический спектакль, который соединяет традиции национального музыкального театра с современной сценической динамикой.
История эта для зрителя не совсем новая: еще в 1990 году пьеса Мансура Гилязова была поставлена Фаридом Бикчантаевым на сцене театра им. Камала. Версия Заббарова словно открывает старый альбом — страницы знакомые, но краски на них заиграли по-новому.
Сюжет прост, как дорога из деревни в город, и так же полон неожиданных поворотов. Четверо молодых выпускников, будущих инженеров, планируют покорить мир: самоуверенный и самовлюбленный Альфред, мужлан Алмаз, простоватый и неуклюжий Фирдаус и паренек тонкой душевной организации Тукай. Их мечты связаны с Казанью, большим городом, который в их воображении сияет огнями возможностей. Но судьба — главный драматург этой истории — отправляет их совсем в другую для них реальность: в татарскую деревню, где вместо городских огней их встречают пыльные дороги и остроумные девушки, способные одним ударом (да, ударом) перевернуть планы на жизнь. Тут, может, стоит сделать ремарку: выпивать до беспамятства плохо — есть риск проснуться в стоге сена.
Днем они передовые работницы колхоза, а вечерами — скучающие девушки на выданье, которым хочется поговорить о любви и поцелуях, а не о коровах
Но деревня оказалась особенной — там совсем нет молодых мужчин, отчего прекрасные дамы от мала до велика сами и дрова колют, и сено косят, и карбюратор перебирают. Главные героини тоже под стать парням — бойкая и гордая Асия, дерзкая Фаузия, хозяйственная Фирдаус и нежная Хабиба. Днем они передовые работницы колхоза, а вечерами — скучающие девушки на выданье, которым хочется поговорить о любви и поцелуях, а не о коровах. Только говорить-то не о чем — они никогда не общались с молодыми людьми, а не то что состояли в романтических отношениях. К их счастью или, возможно, будущему несчастью (об этом позже), на их головы сваливаются казанские парни. Так начинается комедия недоразумений (случайные встречи, взаимные симпатии и веселые перепалки), в которой городской задор сталкивается с деревенской мудростью и простотой.
Юность, песни и немного лишних шуток
Юмор — один из главных двигателей спектакля. Комические ситуации возникают из столкновения городской самоуверенности и деревенской практичности. Особенно хорошо работают диалоги, в которых чувствуется живая разговорная интонация. Иногда зал смеется громко, иногда — тихо, узнавая в героях себя: тех самых молодых людей, которые уверены, что знают жизнь, пока жизнь не решает немного их проучить. Не обошлось и без скабрезных шуток, но почему-то именно они смешили зрителей больше всего…
Девушки из деревни оказываются куда менее наивными, чем предполагали парни: чтобы проучить последних, они переодеваются в мужскую одежду и хорошенечко палками проходятся по их городским спинам. Когда «усы спадают», за бравадой и за самоуверенностью друзей проступает искренность, а затем — влюбленность.
Юмор — один из главных двигателей спектакля. Комические ситуации возникают из столкновения городской самоуверенности и деревенской практичности
В этой истории нет громких драматических конфликтов. Ее драматургия строится на мелочах повседневности: случайных встречах, разговорах на лавочке, дружеских спорах. Но именно из этих деталей складывается ощущение живой жизни, что придает спектаклю обаяние. Несмотря на легкость сюжета, в пьесе чувствуется социальная подкладка: проблема урбанизации, демографии и алкоголизма (в деревне раньше был спиртзавод, и многие мужчины спились).
Что касается актеров, дерзкого Альфреда не мог не сыграть заслуженный артист РТ Артем Пискунов, который очень органично сморится в этом амплуа. В его игре много движения и импровизационной свободы. Неотесанного Алмаза сыграл Эдуард Никитин, который весь спектакль хмурился, изображая суровость. Только его попытка быть тем, кто все время норовит кому-нибудь набить морду, не совсем удалась — роль не совсем его характера. А вот большой и мускулистый Салават Хабибуллин вполне мог бы справиться с этой задачей, которому почему-то достался персонаж Фирдаус, все время переживающий за порванный новый костюм. А заслуженный артист РТ Зульфат Закиров, который еще месяц назад был любящим риск и драйв шофером-дальнобойщиком в драме «Ал яулыклы язмышым» («Тополек мой в красной косынке»), удачно воплотил образ романтичного и до смешного трусоватого Тукая. «Если хочешь жить долго, не родись Тукаем», — шутит он в минуты страха. Был еще колоритный деревенский мужичок Мартыныч-Мубаряк (заслуженный артист РТ Алмаз Фатхуллин), который из коростных, но по-своему добрых намерений вывез парней из города.
Несмотря на легкость сюжета, в пьесе чувствуется социальная подкладка: проблема урбанизации, демографии и алкоголизма (в деревне раньше был спиртзавод, и многие мужчины спились)
Без сравнений, конечно, не обойтись. В Камаловском в разные годы казанских парней играли актеры, которых мы уже знаем как мастеров сцены: Рамиль Тухватуллин, Раушан Шариф, Айрат Арсланов, Ильдус Габдрахманов, Фанис Зиганшин, Искандер Хайруллин и др. Молодому поколению, разве что за исключением Пискунова, у них есть чему поучиться. Во втором составе будут играть молодые и новые актеры театра: Ильнар Хусаенов (Альфред), Рамис Абдуллин (Алмаз), Рашит Валиуллин (Фирдаус), Марсель Салихов (Тукай). Любопытно посмотреть, как молодость сыграет молодость.
Женские роли выпали актрисам, которые лишь несколько лет в труппе. Удивила Эльвина Каримова (Асия), которая работает с 2025 года. Это первая большая роль для нее. Она уверенно держится на сцене и не скажешь, что перед зрителями вчерашняя студентка. И голос у нее красивый, и таких, как она, — высоких и статных — давно не доводилось видеть среди юных актрис. На спор демонстрирующую умение целоваться Фаузию сыграла Аделя Хасанова, знакомая по роли Турандот («Принцесса Турндот») и Дильбар («Без ветрил»). В ее игре чувствуется уверенность и внутренняя сила характера. Трогательную Хабибу воплотила Зарина Сафина, но почему-то не удалось прочувствовать ее героиню. Дебютировала на театральных подмостках супруга Заббарова Эльвина Насыбуллина. Выпускница Казанского театрального училища ранее работала телеведущей прогноза погоды, снималась в сериалах на ТНВ, в ноябре стала мамой и в феврале театр объявил, что она принята на работу. Ей досталась роль эдакого прораба Фирдаус, которой надо перетаскать «кирпищ» и крышу залатать. По одной роли сложно рассмотреть ее актерский диапазон. Будем надеяться, что она продемонстрирует свой творческий потенциал.
Отметим, что за доярками XXI века наблюдать было куда интереснее, нежели за их предшественницами из Камаловского театра. В спектакле 1990-х играли будущие народные артистки РТ Раушания Юкачева и Фарида Сафина чуть за 30 лет, героини которых получились несколько грузными. А вот у начинающей актрисы Люции Хамитовой (народная артистка РТ) случился метч с образом немного блаженной Хабибы.
«Казанские парни» не философская притча, а музыкальная комедия — немного наивная, искренняя и юморная
Ауыл бәйрәме с запахом сена
Главная прелесть спектакля — в его музыкальности. Песни возникают естественно, как разговоры за столом, а танцевальные номера вспыхивают на сцене (за хореографию отвечал Марсель Нуриев, и это чувствуется), как на ауыл бәйрәме (деревенский праздник). Сценография спектакля решена лаконично: поилка для животных с настоящей водой, оконные наличники, мотороллер «Муравей» и бензопила «Урал». И разбросанное по всей сцене сено. К середине постановки его запах заполнил зал.
Кое-где за яркой комедийной оболочкой явно была спрятана нехватка драматической глубины: внутренние перемены героев обозначены скорее штрихами, чем полноценными линиями. Но, пожалуй, в этом и есть жанровая природа спектакля. «Казанские парни» не философская притча, а музыкальная комедия — немного наивная, искренняя и юморная. Она шумит, смеется, поет и немного дурачится, как сама молодость. И когда занавес опускается, остается ощущение теплого летнего вечера: музыка еще звучит в памяти, герои улыбаются где-то за кулисами, а зритель выходит из зала с ощущением, будто побывал на Сабантуе. Однако остаются вопросы об актуальности спектакля, ведь мы снова наблюдаем, как режиссеры одни за другим (Заббаров уже в третий раз на сцене Тинчуринского) стряхивают пыль со старых материалов и иногда пытаются сыграть на ностальгии. Да, можно что-то полезное почерпнуть из жизни татарских баев прошлого века или советской молодежи 1960-х, но в 2026 году найдутся более острые темы…
Но неужели казанские парни ради любви бросят свою прежнюю жизнь и останутся в глухой деревне? Об этом мы узнаем во второй части. Она пока не анонсирована.
Комментарии 4
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.