Аркадий Вайман — партнер юридической фирмы АНП ЗЕНИТ, руководитель практики брачно-семейных и наследственных отношенийФото предоставлено ООО «АНП ЗЕНИТ»

Брачный договор — гигиеническая норма здоровых отношений и сохранности бизнеса

— Аркадий, по итогам 2025 года вы и 10 юристов АНП ЗЕНИТ в очередной раз рекомендованы рейтингом исследования юридического рынка России ПРАВО-300. АНП ЗЕНИТ, согласно этому рейтингу, остается в числе лидеров по девяти юридическим направлениям. Расскажите, с какими задачами сейчас чаще приходят клиенты и насколько представителям крупного и среднего бизнеса актуальны вопросы семейного права?

— Ключевой вопрос в том, как сохранить активы. Санкции, усиление комплаенс-контроля банков, налоговая реформа многих заставляют задуматься об устойчивости бизнес-моделей. Поэтому сейчас много запросов на комплексные проекты: сопровождение при запуске новых направлений, структурирование крупных сделок, релокация бизнеса, изменение структуры компании, защита частного капитала и снижение уголовных рисков первых лиц компаний. Мы как пит-стоп в «Формуле-1»: над проектом одновременно работают юристы корпоративной, банкротной, налоговой, уголовной, международной, цифровой практики. Ну и обязательно семейная практика.

— А чем семейный юрист может помочь бизнесу?

— Даже самые прекрасно выстроенные корпорации могут не устоять в бракоразводных и наследственных войнах. Блокируются счета, уходят партнеры и ключевые члены команды, встают бизнес-процессы, портится репутация. Вспомните громкие скандалы вокруг империи «Росагроэкспорт» (глазированные сырки «Б.Ю. Александров»), Wildberries.

Тылы нужно прикрывать со всех сторон. Непродуманная наследственная стратегия, отсутствие брачного договора, непроработанный в части семейных рисков устав — мина, которая может рвануть, когда никто не ждет. Наши клиенты это понимают.

— У многих брачный договор прочно ассоциируется с расчетом или недоверием…

— А кто-то до сих пор считает, что интернет — это от лукавого. Когда вы создаете проект, заключаете любую сделку, вы же закрепляете свои договоренности договором. Прописываете права, обязанности и ответственность. И никто не воспринимает это как вотум недоверия. Доверять лучше на слово, заверенное подписью и печатью. Так почему же брак, пожалуй, один из главных проектов жизни, должен основываться на устных договоренностях, а то и на невысказанных ожиданиях?

1 марта институту брачного договора в России исполнилось 30 лет. И он становится все более популярным. Татарстан входит в пятерку лидеров по количеству заключенных брачных контрактов. Это гигиеническая норма здоровых отношений и залог сохранности бизнеса. Брачный договор как раз про любовь, открытость и ответственность друг перед другом. Те, кто дорос до среднего и крупного бизнеса, чаще всего понимают это. Но не все, конечно, заключают. Тут нужна определенная степень зрелости, взрослая, ответственная позиция.

— Может, просто боятся отпугнуть или обидеть свою вторую половинку? Ведь пара может и не выдержать испытание брачным договором.

— Да, финансовые вопросы часто очень чувствительные. Но если вы не готовы договариваться сразу, дальше будет только сложнее. Можно говорить: «Дорогой, мне ничего от тебя не нужно, просто будь рядом». А потом требовать пожизненное содержание за половину бизнеса, который вырос «благодаря ее аффирмациям». Можно обещать: «Все только тебе и детям». А потом прятать активы и занижать свои доли, чтобы оставить супругу ни с чем. Уж лучше сразу выяснить, что вам не по пути.

И потом, не забывайте, что, если вы не заключите брачный контракт, это сделает за вас государство. То есть на вас по умолчанию будут распространяться нормы Семейного кодекса, по которому все совместно нажитое делится пополам. Не лучше ли подкрутить эти «заводские настройки» под себя?

— Можно ли оспорить брачный договор?

— Далеко не всегда. Например, суд может признать брачный договор недействительным, если он ставит одного из супругов в крайне неблагоприятное положение. При этом неблагоприятным суд может посчитать как полное лишение имущества, так и сильный дисбаланс долей. Суды могут сохранить брачные договоры при пропорции 90/10, а бывает, что признают недействительными при соотношении 80/20. Вокруг этого в том числе идет громкий процесс семьи Товстиков (NL International). Елена Товстик оспаривает брачный договор и претендует на раздел по государственным стандартам: все поровну. В подобных спорах нередко вскрываются спрятанные активы, имущество, оформленное на третьих лиц, сделки по выводу имущества.

Брачный контракт можно оспорить и по другим основаниям: заблуждение, обман, давление, неспособность понимать значение своих действий. Как Джиган, например, который, если верить СМИ, на момент подписания брачного договора находился на лечении, то есть в уязвимом состоянии.

— А в вашей практике были случаи оспаривания брачных контрактов?

— Конечно. Недавно, например, вел дело, когда брачный договор оспаривался из-за того, что на момент его заключения супруга не знала о приобретенном мужем имуществе.

— Выходит, что не такой уж и сильный это инструмент, раз есть столько оснований его сломать?

— Если это не шаблон из интернета, а четко выверенный документ, в котором детально описан режим собственности по всему имуществу, вплоть до порядка получения доходов, включая дивиденды от компаний, оспорить его будет не так легко.

«Экс-супруги из моих кейсов так и остаются «скрытыми» владельцами. Развод не прекращает их права. Поэтому если брачного договора не было, то бизнес должен быть поделен пополам, равно как и все неподеленное»Фото предоставлено ООО «АНП ЗЕНИТ»

Привет из прошлой жизни: как делят бизнес спустя годы после развода

— Какие интересные дела по разделу активов между супругами были в вашей практике?

— Интересны кейсы по разделу бизнеса спустя долгие годы после развода. Такое, к слову, уже превращается в тенденцию. Представьте, во время брака вы создали компанию. Через какое-то время случился развод, имущество поделили, а долю в бизнесе — нет. Возможно, к моменту развода это был еще небольшой бизнес, не представляющий особого интереса. Время шло, дело развивалось и превратилось в компанию федерального масштаба. И вот одним прекрасным днем, спустя, скажем, 15 лет после развода, о котором вы уже и не вспоминаете, вам звонит бывший супруг или экс-супруга с требованием поделить долю в компании. Привет из прошлой жизни.

— Разве это возможно? Тут нет исковой давности?

— Истечение трех лет со дня развода не причина считать, что имущество остается у одного из супругов. Все, что приобретено в период семейных отношений, сохраняет статус совместно нажитого и после развода. Это относится и к долям в бизнесе. Экс-супруги из моих кейсов так и остаются «скрытыми» владельцами. Развод не прекращает их права. Поэтому если брачного договора не было, то бизнес должен быть поделен пополам, равно как и все неподеленное. Не хотели по-хорошему — будет по закону.

— То есть, если в свое время не разделили, это можно сделать хоть через 20 лет?

— Хоть через 50. И тут не имеет значения, что до этого оба супруга знали об имуществе. И в суд за разделом не обращались. Неважно и то, использовалось ли спорное имущество. Позиция закреплена на уровне Верховного суда РФ.

— То есть можно годами жить порознь, знать, что у бывшего супруга есть какие-то активы, не пользоваться ими, и при этом не терять права на раздел?

— Верно.

— А многие думают, что через три года после развода что на ком записано, то на том и остается…

— Это заблуждение. Трехлетний срок применяется, когда, например, один из супругов решил за спиной у другого продать неразделенное совместное имущество. Но отсчитывается срок исковой давности не с развода, а с момента, когда один из супругов узнал, что его право нарушено. Разница принципиальная.

Например, доля в бизнесе оформлена на мужа. 10 лет ее никто не делил. Тут супруга получает от второго участника ООО сообщение в мессенджере, что бывший муж предлагает ему выкупить долю. Если не купит он, долю продаст другому покупателю. В этом примере отсчет трех лет для обращения в суд начнется с даты получения супругой информации о намерении продать долю.

— Действительно мина замедленного действия…

— Да, и представьте, насколько сложным может оказаться процесс, учитывая, что за долгие годы могли появиться вторые и даже третьи семьи, в бизнес могли войти партнеры, он мог стать международным…

На какие уловки идут бывшие, чтобы не делиться долей в бизнесе

— Очевидно, что впускать бывших в свой бизнес никто не захочет…

— Конечно, это же чужие для компании люди, равно как и наследники. Поэтому бывшие супруги идут на различные ухищрения, лишь бы не отдать долю в компании.

— Какие схемы вы встречали?

— Пытаются доказать, что доля была приобретена не на общие супружеские деньги, а на личные — скажем, подаренные другом, братом, сватом.

Допустим, деньги действительно подарили и даже есть расписка. Но как подтвердить, что в уставной капитал внесены именно эти деньги? Может, они были потрачены на ужин в ресторане, а в устав все-таки внесены общие супружеские? Попытки нелепые, но все еще, как ни странно, встречаются.

Еще классика: срочно в период конфликта до развода либо уже в стадии бракоразводного процесса вносить заградительные условия в устав. Например, запретить отчуждение долей третьим лицам, ввести требование единогласного согласия учредителей на вход нового участника. Или вовсе размыть свою долю.

Например, у вас бизнес с партнером 50/50. Доли номиналом по 5 000 рублей. Вы договариваетесь, и он вносит в уставный капитал еще 90 тысяч рублей, и ваша доля c 50% снижается до 5%. То есть делить придется уже не половину бизнеса, а всего 5%. Казалось, бы рабочие схемы. Но в суде такое не пройдет. Если изменение устава совершается в период конфликта супругов, а также нет реальной экономической цели по увеличению уставного капитала компании до 100 000 рублей (для бизнеса с миллиардными оборотами это капля в море), это может быть расценено как попытка обойти режим совместного имущества.

— То есть такие изменения не пройдут, даже если совершены до подачи заявления на развод?

— Верно. Суды оценивают фактическое состояние отношений. Многие годами живут в состоянии войны до официального расторжения брака. Формально муж и жена, а на деле семейных отношений уже нет.

Кстати, если в такой период один из супругов приобретает на собственные средства имущество, суды могут признать его личным, а не совместно нажитым. Представляете, насколько это может оказаться критичным, если именно в такое время кто-то из супругов приобретает дома, машины (возможно, уже для своей новой семьи) или открывает бизнес. Ведь все это может быть признано не подлежащим разделу.

— Но как доказать, что отношений уже нет?

— Это должен доказать тот, кто об этом заявляет. Приводят свидетелей, в том числе детей, друзей, соседей, бывших сослуживцев, водителей. Дети рассказывают, что «мама с папой часто ссорились», соседи говорят, что «машину супруга давно не видели», а друзья — что, приходя в гости, «не заметили его или ее вещей».

— Но это же только их мнение, тем более что свидетели часто бывают за того, кто их пригласил…

— Да, свидетельские показания часто строятся не на фактах, а на слухах и домыслах. И заинтересованность никто не исключал. Как показывает практика, близкие люди могут невольно (а иногда намеренно) искажать факты. Поэтому суды относятся к таким показаниям с осторожностью.

— Как же тогда принимается решение?

— По совокупности обстоятельств. Супруги, например, могут жить порознь, но вести совместный бизнес, принимать важные решения и не отстранять друг друга от управления. Если вместе управляют, значит, доверяют друг другу, что не бьется с версией о прекращении отношений.

Раздельное проживание вообще частое явление в семьях крупных предпринимателей. Чем успешнее бизнес, тем меньше времени остается на семью. Можно редко появляться дома, но сохранять отношения: общаться, обеспечивать семью, участвовать в принятии решений.

— На что еще обращают внимания суды?

— Стороны приносят чеки за коммунальные услуги, фотографии экс-супругов с новыми пассиями, скрины переписок, посты в соцсетях… В ход идет все, чтобы доказать, что живут они раздельно, быт не делят, совместные расходы не несут, в жизни друг друга не участвуют. Все это всегда крайне неприятно для обеих сторон.

Многие думают, что с ними такое никогда не произойдет. Но, как показывает практика, вчерашние влюбленные могут превратиться в злейших врагов. И ни десятки лет совместной жизни, ни дети и внуки, ни пережитые вместе трудности не застрахуют от этого. Лучше договариваться обо всем на берегу, в мире и согласии. Честно прояснить свои намерения. Допускаете совместное управление бизнесом с супругом — хорошо. Не допускаете — обговорите компенсацию и внесите все необходимые изменения в учредительные документы. Открыто и добросовестно. Сохраните и бизнес, и здоровье, и добрые отношения. А любовь, обрамленная правом, как показывает практика, только крепче.