Продолжение американской военной кампании в Иране заставляет все чаще вспоминать события начала 1980-х, а также делать вывод о том, что недавняя история США ничему не учит. Провальная попытка эвакуации американских пилотов, сбитых над территорией Ирана, продемонстрировала технические сбои в критический момент и фатальную недооценку возможностей иранской стороны. То же самое было и в конце апреля 1980 года во время амбициозной операции «Орлиный коготь» по спасению американских заложников в Тегеране. Об исторических параллелях — в материале постоянного автора «БИЗНЕС Online», востоковеда и исламоведа Азата Ахунова.
«Чтобы понять суть происходящего, нужно вернуться в конец апреля 1980 года. Тогда амбициозная операция «Орлиный коготь» по спасению американских заложников в Тегеране обернулась для США национальным позором»
Вашингтон и грабли
Избитая фраза о том, что история развивается по спирали, в иранском контексте превратилась в закономерность. Вашингтон с поразительной методичностью наступает на те же грабли, которые нанесли сокрушительный удар по американскому престижу 45 лет назад. Кажется, что за десятилетия в Белом доме так и не провели работу над ошибками.
Чтобы понять суть происходящего, нужно вернуться в конец апреля 1980 года. Тогда амбициозная операция «Орлиный коготь» по спасению американских заложников в Тегеране обернулась для США национальным позором. Провал элитного спецназа, гибель 8 солдат и брошенная в пустыне техника не просто поставили крест на президентстве Джимми Картера, но и создали Соединенным Штатам имидж «бессильного гиганта» в глазах всего исламского мира.
Сегодняшние события практически полностью копируют тот давний сценарий. Провальная попытка эвакуации американских пилотов, сбитых над территорией Ирана, прошла по тем же лекалам: технические сбои в критический момент и фатальная недооценка возможностей иранской стороны. Если 45 лет назад причиной краха стали внезапная песчаная буря и поломка вертолетов, то сегодня к техническому фактору добавилась эффективность иранских систем противовоздушной обороны, которую в Пентагоне предпочли проигнорировать.
Признание промахов для американских политиков по-прежнему равносильно политическому самоубийству, поэтому наземная кампания США в Иране, о которой так много говорили, фактически уже началась. Ее первым актом стала поисково-спасательная миссия, развернутая в пятницу, 3 апреля 2026 года. Эта операция, получившая пафосное название «Эпическая ярость», не просто провалилась, а обнажила отсутствие внятного плана действий и системный кризис военного планирования. Она была экстренно запущена для эвакуации летчиков, сбитых в ходе авианалетов на стратегические объекты, включая зону АЭС «Бушер», где иранская ПВО показала неожиданные результаты.
Какие самолеты сбил Тегеран
Пытаясь вытащить свои экипажи, Пентагон задействовал элиту авиации, но столкнулся с тем, что в Тегеране называют «технологическим суверенитетом». Американское командование стало жертвой собственных колониальных стереотипов: в Вашингтоне продолжали верить в отсталость региона, полностью игнорируя уровень иранских технических вузов и возможности их независимого ВПК. Ставка на «неуязвимые суперсамолеты» разбилась о местную инженерную мысль. По заявлению представителя штаба ВС Ирана Эбрахима Зольфагари, новейшие комплексы ПВО, созданные молодыми учеными страны, продемонстрировали невероятную эффективность именно в ходе отражения миссии 3 апреля.
Общие потери США в ходе текущей фазы операции составили беспрецедентные 16 самолетов и четыре вертолета. Хроника потерь выглядит удручающе: в районе Саве новой системой ПВО был ликвидирован флагман стелс-авиации F-35 Lightning II. Его сбили из-за чрезмерной веры штабов в невидимость, которая оказалась бессильна перед новыми иранскими радарами. Над Ормузским проливом при попытке подавить береговые батареи был сбит «летающий танк» — штурмовик A-10 Thunderbolt II. Непосредственно в ходе спасательной операции при попытке американцев забрать экипаж ранее потерянного F-15E иранцы уничтожили как минимум два вертолета спецназа MH-60M Black Hawk, устроив засаду в зоне эвакуации. Настоящим шоком стала ликвидация на базе в ОАЭ самолета дальнего обнаружения E-3 Sentry AWACS, что фактически «ослепило» воздушное командование. Финальным маркером хаоса стали три истребителя F-15E, сбитые собственным «дружественным огнем» над Кувейтом из-за сбоев в системе опознавания и плотной работы иранских средств РЭБ.
Кульминация позора в 1980-м
События последних дней — это фатально точный виток исторической спирали. В конце апреля 1980 года президент США Картер санкционировал операцию «Орлиный коготь» для спасения 53 заложников из посольства в Тегеране. Для Картера, чей рейтинг таял на фоне «вьетнамского синдрома», успех элитного спецназа «Дельта» был вопросом политического выживания, но беспрецедентно сложный план разбился о суровую реальность региона.
Сценарий предполагал ночную встречу восьми вертолетов RH-53D Sea Stallion и транспортников C-130 в точке «Пустыня-1» — заброшенном британском аэродроме в центре страны. Однако американские метеорологи не учли «хабуб» — внезапную и плотную песчаную бурю, которая вывела из строя три машины еще на подлете. Ситуация приняла абсурдный оборот, когда «секретная» точка сбора оказалась прямо у оживленного шоссе: американским коммандос пришлось под дулами автоматов останавливать иранский рейсовый автобус с 40 пассажирами и уничтожать проезжавший мимо бензовоз, который превратился в пылающий факел, демаскировав всю операцию.
Кульминацией позора стало решение об отмене миссии. При попытке экстренного взлета в условиях нулевой видимости один из вертолетов врезался в самолет-заправщик EC-130E. Мощный взрыв и пожар унесли жизни 8 американцев. В охватившей отряд панике спецназ бросил в песках не только пять исправных вертолетов, но и тела погибших товарищей, а также секретные оперативные архивы. Последние содержали подробные карты и списки имен, что позволило Тегерану в кратчайшие сроки полностью ликвидировать американскую агентурную сеть в стране. Тот провал в пустыне Табас на десятилетия стал для Пентагона символом технического и управленческого бессилия перед «непонятным» Востоком.
Остатки американской техники после провала операции «Орлиный коготь» (24 апреля 1980 года): самолет-заправщик EC-130E Hercules и вертолеты RH-53D Sea Stallion в пустыне близ города Табас
«США должны признать свои прошлые ошибки перед Ираном»
В июне 1980 года на страницах газеты «Правда» было опубликовано знаковое сообщение ТАСС из Нью-Йорка. В нем цитировались слова экс-министра юстиции США Рэмси Кларка, который прямо заявил: «США должны признать свои прошлые ошибки перед Ираном и заняться поисками путей установления отношений дружбы с этой страной».
Этот призыв был максимально резонным и, если смотреть глазами прагматичных коммерсантов, даже стратегически выгодным для самих США. Однако в Вашингтоне его высокомерно проигнорировали. Причину такой системной «глухоты» еще в 1981 году детально разобрал советский востоковед Семен Агаев в своей фундаментальной работе «Иран в прошлом и настоящем». Согласно его анализу, в рамках «доктрины Картера» Персидский залив был официально объявлен «сферой жизненных интересов США», а драматические события в Иране использовались лишь как инструмент для нагнетания международной напряженности и разжигания милитаристского ажиотажа — разумеется, прежде всего в интересах проходившей на тот момент предвыборной кампании и крупнейших корпораций.
В этой связи стоит отметить, что именно в атмосфере политической коммерциализации конфликта формировалось мировоззрение нынешнего хозяина Белого дома. В октябре 1980 года 34-летний девелопер Дональд Трамп, находившийся на волне своего первого крупного успеха в Нью-Йорке, дал примечательное интервью телеведущей Роне Барретт (эту запись сегодня легко найти на видеохостингах). Поразительно, но его риторика в отношении Ирана за прошедшие 45 лет не изменилась ни на йоту. Ситуацию, в которой Америка позволяла удерживать своих граждан в заложниках, он называл «ужасом», разрушающим бренд сверхдержавы. Квинтэссенцией его философии стала фраза, ставшая сегодня его политическим девизом: «Я не думаю, что Иран удерживал бы наших заложников и 10 минут, если бы они уважали эту страну».
В апреле 2026 года мы наблюдаем ту же зеркальную картину, но с куда более циничным набором вводных. Текущая эскалация в Заливе формируется под диктовку израильского лобби и с явной оглядкой на ноябрьские выборы в конгресс. Но за геополитикой стоят и колоссальные финансовые интересы. Если применить риторику советских газет того времени, то от дорогой нефти и цен на бензин сливки снимает прежде всего крупный капитал — гиганты вроде ExxonMobil, Chevron и др. По оценкам аналитиков, при цене нефти в $100 за баррель их дополнительная прибыль в 2026 году составит $63 миллиарда. Это прямой результат политических инвестиций: нефтегазовая отрасль направила на выборы сотни миллионов долларов, значительная часть которых ушла в фонды, связанные с Трампом.
«Марг бар Амрика»
Еще одна критическая ошибка Вашингтона — расчет на то, что физическое уничтожение лидеров сметет режим и заставит иранцев «принести ключи от ворот». На деле этот сценарий сработал с точностью до наоборот: он сплотил народ и объединил самые разные группы, включая оппозиционные, наступив на те же старые грабли.
Иранская улица вновь заговорила на языке лозунга «Марг бар Амрика» («Смерть Америке!»). Сегодня этот призыв — пожалуй, самый узнаваемый символ региона — вновь занял билборды по всей стране. Эта идеологическая формула, введенная в обиход аятоллой Хомейни еще в 1980 году, стала фундаментом официальной доктрины.
Запад десятилетиями считывает этот призыв буквально, воспринимая его как экзистенциальную угрозу. Складывается впечатление, что в Вашингтоне не осталось экспертов, способных отличить политический ритуал от реальной стратегии. Дьявол кроется в трудностях перевода: на тех же плакатах для внешнего мира Тегеран официально использует куда более умеренную версию — Down with America! («Долой Америку!»).
Инсталляция, изображающая аятоллу Хомейни, в музее Священной обороны в Тегеране
Важно понимать, что для иранского истеблишмента это не призыв к уничтожению народа или культуры, а политический приговор системе. Покойный верховный лидер Али Хаменеи еще в 2019 году разъяснял: «Смерть Америке» означает конец политики «глобального высокомерия» и конкретных правителей в Вашингтоне — от Трампа до Джона Болтона.
Инсталляция в музее Священной обороны в Тегеране
При этом Тегеран давно отошел от идеи всемирной исламской революции и на протяжении многих лет демонстрировал готовность к диалогу ради снятия санкций и нормализации жизни. Агрессия против соседей не входила в его долгосрочные планы, но американское давление вновь вытолкнуло регион в зону прямой конфронтации.
Неудача «Эпической ярости» стала чувствительным щелчком по носу для военного престижа США, пошатнув миф об их технологической неуязвимости. Однако гегемония доллара и ресурсы энергосектора позволяют системе абсорбировать подобные провалы и вновь наступать на прежние грабли без немедленного краха.
Мнение авторов блогов не обязательно отражает точку зрения редакции
Комментарии 8
Редакция оставляет за собой право отказать в публикации вашего комментария.
Правила модерирования.